Камил Клысиньски, главный специалист по вопросам Беларуси, Украины и Молдовы из Центра восточных исследований в Варшаве говорит журналисту "Свабоды" Яну Максимюку о белорусской избирательной кампании.
- Вы ожидали, что белорусы в этом году выйдут на улицы такими толпами, чтобы поставить подписи за альтернативных кандидатов? Или, может, вы немного удивились?
Камиль Клысиньский
- Я не ожидал, как, кстати, не ожидал такого никто. У меня сложилось впечатление, что это большая неожиданность и для белорусских властей, и для тех, кто собирает подписи, и для тех, кто стоит в очередях, чтобы подписаться. Никто не ожидал, что люди придут так массово и с такой большой решимостью будут ждать несколько часов в очередях, чтобы поставить подписи.
Это показывает, насколько велика неудовлетворенность в белорусском обществе. Сбор подписей - своеобразный опрос на тему общественных настроений в Беларуси. Это не научный опрос, так как нет в Беларуси независимой социологии, которая регулярно показывала бы общественные настроения, особенно что касается политических вопросов. Но мы имеем вот такой симптом недовольства людей.
Пикет в поддержку Светланы Тихановской в Минске, 31 мая 2020
- По вашему мнению, что оказало сильнейшее влияние на радикализацию настроений в Беларуси? Если сравнить нынешнюю президентскую избирательную кампанию с предыдущей, то можно сказать, что выборы 2015 года прошли совершенно спокойно…
- Да, кампания 2015 года была совсем спокойная и даже нудная. Наибольшим скандалом тогда было дело подлинности подписей в поддержку оппозиционных кандидатов, а сама кампания была довольно пассивная. Она происходила на фоне российско-украинского конфликта, де-факто войны на Донбассе, российской аннексии Крыма. Люди поддались на государственную пропаганду, которая страшила повторением в Беларуси кровавого Майдана в Киеве и его последствиями.
Нынешняя ситуация иная. Люди не довольны тем, что слишком долго слышат те самые аргументы. Государственная пропаганда стала анахроничной, она не дает ответов на главные вызовы, она неадекватна к потребностям людей. Люди хотят сохранить хотя бы нынешний уровень жизни и чувствовать себя в безопасности. Как известно, поведение властей относительно коронавирусной эпидемии было легкомысленным, говоря деликатно, особенно что касается организации массовых мер. Я имею в виду парад 9 мая, который состоялся в Минске, а не было его в Москве. Полагаю, что эта легкомысленность, касающаяся здоровья людей, здоровья детей, сильно задела белорусов и имела влияние на ухудшение общественных настроений.
Ну и, конечно, экономика. Беларусь входит в рецессию. Можно сказать, что страна находится на необратимом пути к глубокой экономической рецессии. Экономический спад будет, наверное, на уровне нескольких процентов. Перспектива потери работы или меньших зарплат вызывает злость и нервирует людей.
- Как вы оцениваете реакцию властей на происходящее во время сбора подписей? Или Александр Лукашенко не прогадает и на этот раз, сделав ставку на аресты как главный метод, чтобы задушить в зародыше радикализацию общественных настроений?
- Иначе действовать Лукашенко уже не научится. Он консервативен в том, что делает. Его реакция на кризис - показать силу, напористость и непоколебимость, а если надо — применить жестокие репрессии. Он усиливает контроль над обществом, это очевидно уже из того, как он реагирует на те очереди. Пока что он не бьет в обычных граждан, а только выборочно, в наиболее радикальных критиков властей, в том числе харизматичного и популярного Сергея Тихоновского, которого задержали при использовании явной и любительской сляпанной провокации.
Дело с Тихановским показывает, что пока Лукашенко действует, с его точки зрения, эффективно. Если бы в обществе были действительно революционные настроения, люди отбили бы Тихоновского и не позволили бы отвезти его в тюрьму. Люди пока что ждут, и никто, включая власти, не знает, как они будут реагировать дальше. Но поскольку у властей позитивных аргументов нет - например, нет денег, чтобы повысить людям зарплаты - то они и дальше будут использовать силу. И это создает определенный риск.
- Кто, по-вашему, сильнейший оппонент Лукашенко на этих выборах, если посмотреть на всех нынешних кандидатов в кандидаты в президенты?
- Мы не должны смотреть на эти выборы "классически", то есть думать, что важнейший оппонент — это тот, кто может победить Лукашенко на выборах. Это не такие выборы, о которых можно сказать, что они свободные, конкурентные, прозрачные. Заранее известно, что результаты, которые объявит Центральная избирательная комиссия, отметят решительную победу Лукашенко.
Наибольшую угрозу для Лукашенко представляет человек такой, как Тихановский — популярный, радикальный и понятный в своих высказываниях для каждого гражданина. Остальные же кандидаты - это представители старой оппозиции, которая слишком большого авторитета в обществе не имеет, и два новых лица, представители номенклатуры, Виктор Бабарико и Валерий Цепкало, которые пока что большая загадка.
Почему Бабарико и Цепкало пошли на выборы, почему оставили свою комфортную жизнь, почему рискнули своим богатством (наверное, немалым) и своим здоровьем и безопасностью в этой президентской гонке? Думаю, что Лукашенко может чувствовать опасность и с их стороны, так как он уже намекал, что имеет какую-то информацию о них, которую он может раскрыть и компрометировать обоих.
- Что будет делать Москва во время этих выборов - поддерживать Лукашенко, оставаться нейтральным, топить его?
- Я не хочу играть в конспирологию и гадать, кто на этих выборах - «человек Кремля», хотя у меня есть свои подозрения. Но я знаю, в чем Москва была бы наиболее заинтересована. Москва не заинтересована в том, чтобы заменить Лукашенко - для этого Кремль не имеет ни сил, ни средств - но Москва наверняка захочет вмешиваться в эти выборы и, возможно, уже вмешивается.
Москва была бы заинтересована, чтобы компрометировать Лукашенко как можно сильнее в глазах Запада. Чтобы осложнить или сорвать сотрудничество Беларуси с Западом. Для этого, глядя со стороны Москвы, нужно было бы провоцировать белорусские власти на силовое решение выборов, на повторение чего-то в виде Площади-2010, брутального разгона демонстрации после выборов 2010 года. Я не говорю о точном повторении того сценария, но о чем-то подобном, что заставило бы Запад ограничить или прекратить диалог с Минском, что заморозило бы отношения между Беларусью и Евросоюзом или Беларусью и США.
- Что эти белорусские выборы значат для Варшавы? Разумеется, в Польше сейчас немалые проблемы со своими президентскими выборами. Но если вспомнить 2010 год, то тогда и польское правительство, и польская оппозиция сильно ангажировались в президентские выборы в Беларуси. А теперь? Проявляют ли польские СМИ какую-то заинтересованность избирательной кампанией в Беларуси?
- Польские СМИ посвящают немного внимания белорусским выборам, хотя это внимание в значительной степени опирается на сообщения, которые из Минска присылает корреспондент польского пресс-агентства (PAP). Но надо понимать, что белорусская тема не относится к главным политическим темам в Польше.
Что касается политиков, отвечающих за развитие польско-белорусских отношений, то они внимательно следят за ситуацией в Беларуси, как, кстати, и соответствующие политики в Евросоюзе. Я думаю, что весь Евросоюз сильно заинтересован в том, чтобы диалог с Беларусью удержать. Но это в наибольшей степени зависит от белорусских властей.
Перевод с бел. — EX-PRESS.BY
Добро пожаловать в реальность!