Застой в политической системе одинаково отрицательно влияет как на власть, так и на оппозицию.
Большой резонанс в независимых СМИ вызвала информация о том, что молодежная организация Объединенной гражданской партии «Молодые демократы» предложила внести в партийный устав ограничение, согласно которому «одно и то же лицо имеет право занимать должность председателя не более трех предусмотренных настоящим уставом сроков». Проблема возникла в связи с тем, что нынешний глава ОГП Анатолий Лебедько переизбирался на эту должность 9 раз — в течение 18 лет.
Радио Свобода обратило внимание, что упомянутая проблема касается не только ОГП. Лидер Белорусской партии левых «Справедливый мир» Сергей Калякин возглавляет организацию 24 года. Председатель БСДГ Станислав Шушкевич занимает свою должность 20 лет. Зенон Позняк возглавляет партию КХП-БНФ 19 лет, а если учесть его руководство БНФ (с 1989 г.) то это уже 29 лет. Можно также вспомнить Сергея Гайдукевича, возглавляющего Либерально-демократическую партию 23 года.
Некоторые партии пытаются ограничивать сроки руководства искусственно, с помощью уставных положений. Например, в Партии БНФ по уставу одно лицо не может занимать должность председателя более чем два срока подряд. Также и в уставе БСДП (Громада) записано, что один и тот же член партии не может быть избран председателем более чем на три срока (6 лет) подряд.
Тем не менее проблема долгожительства на должностях политических руководителей существует, и она касается не только Лукашенко. Причина этой проблемы — системная, она скрывается в самой недемократической природе политической системы Беларуси, которая отрицательно влияет как на власть, так и на оппозицию.
В демократических странах главный фактор смены руководителей, как на государственных должностях, так и во главе политических партий, — выборы. Президентами, премьер-министрами, спикерами парламента становятся победители избирательных кампаний.
То же самое касается и лидеров политических партий. Те организации, которые потерпели поражение на выборах, меняют лидера, поскольку тот проявил свою политическую неэффективность. Поскольку в Беларуси настоящих выборов нет, то возникает проблема: как, по каким критериям определить эффективность председателя партии? Все очень субъективно. И если сам руководитель не хочет уходить, то конфликт часто выливается в раскол. Такие расколы пережили БНФ, социал-демократы. Даже в ЛДП была попытка сбросить Гайдукевича, и конфликт решало Министерство юстиции.
Вторая проблема, тесно связанная с первой. В партиях нет реальной конкуренции за лидерство. Ведь партии в Беларуси — пятое колесо политической системы, они в этой системе просто не нужны. Здесь, в отличие от демократических стран, сделать политическую карьеру с помощью партий невозможно. Кто стремится к карьерному росту, идет в БРСМ или в «Белую Русь». Напротив, вступив в оппозиционную партию, можно навсегда поставить крест на своей карьере, а в худшем случае даже попасть в тюрьму.
Поэтому в партиях нет притока свежей крови. Молодежь после очередной избирательной кампании приходит, а потом, потусовавшись, уходит. Об этом вам расскажет любой, даже региональный оппозиционный лидер. Ведь люди не видят перспектив. Талантливые и амбициозные молодые люди уезжают за границу, идут в бизнес или еще куда, где есть какая-то перспектива.
Политическое долгожительство на руководящей должности — это, безусловно, плохо. Но смена лидеров должна быть естественным процессом. Вообще в природе молодое, здоровое, эффективное, креативное естественным образом вытесняет старое, больное, неэффективное, заскорузлое. Но как раз этого в оппозиционных партиях и нет. В результате возникает культовый белорусский вопрос: а кто вместо Х? Обычно этот вопрос обыватель задает, когда речь идет о замене Лукашенко. Но такой же вопрос вполне естественно можно задать относительно Лебедько, Калякина, Позняка. Знаете ли вы других известных политиков в ОГП, «Справедливом мире» или КХП-БНФ, кроме их нынешних лидеров? Действительно, равноценной замены им просто нет. И обратите внимание, в тех оппозиционных партиях, в которых изменения произошли, — не сказал бы, что новые лидеры там более эффективные, чем их предшественники. Нельзя отметить, к тому же, что политический вес партий, в которых произошла ротация, стал больше, чем у тех, где правят неизменные лидеры. Поэтому искусственное ограничение сроков руководства через изменение статуса может даже навредить партиям. Такой парадокс.
Если возвращаться к той же ОГП, то сам Лебедько говорил, что вот есть хороший кандидат на пост председателя — это Анна Конопацкая. Не будем обращать внимание на то, что власть вмешалась в этот процесс, назначив Анну на пост депутата Палаты представителей и тем самым придав ей политический вес. Более важно то, что Конопацкая, попытавшись создать организацию «Вперед, Беларусь» без ведома ОГП, сильно испортила свой имидж среди однопартийцев. Поэтому полагаю, что Лебедько останется на своей партийной должности.
Добро пожаловать в реальность!