Лидия Ермошина: В Беларуси "крымский референдум" невозможен

Лидия Ермошина: Нет, мы никаких приглашений не получали. Чтобы там присутствовать, необходимо иметь персональное приглашение. Ко всему, как вы понимаете, приглашать должен украинский Центризбирком, киевский. А он вряд ли это будет делать, так как референдум официальные киевские власти не признают. Кроме того, я сегодня услышала информацию о том — выступал председатель ЦИК Крыма, что направлено приглашение миссии ОБСЕ.

Лидия Ермошина: Возможно, но нам они не направляли никаких приглашений.

Лидия Ермошина: Я не смогу вам ответить на этот вопрос, так как он в любом случае политический. Единственное что, референдум — это право народа и он может проводиться, а вот особенности процедур, способ его назначения и, главное, цель — а цель здесь, прежде всего, политика — это все слишком тонкие вопросы, и я комментариев по ним давать не буду.

Лидия Ермошина: У нас это невозможно. Поскольку у нас есть перечень вопросов, которые не могут выноситься на референдум. У нас есть список вопросов, которые могут выноситься только на местный референдум — у нас возможны местные референдумы. Что касается Крыма, то мы говорим о правах автономии и возможно, что у нее права более широкие, чем права обычной области.

Лидия Ермошина: О нашем признании либо непризнании (Беларусью результатов крымского референдума. — прим. Еврорадио) должно говорить наше Министерство иностранных дел. Я думаю, если государство будет существовать... Ну, не признали там результаты референдума в Косово многие государства, но ведь Косово как государство существует. Или — государство Абхазия. Поэтому я думаю, что все-таки имеет значение, прежде всего, реальное существование, самостоятельное и самодостаточное, созданного в результате референдума образования. А все эти политические заявления — они вторичны.

Лидия Ермошина: Эти вооруженные люди не стоят ведь над членами избирательных комиссий и поэтому это все — чушь! Выборы не проводятся только в случае объявления чрезвычайного или военного положения. А мы, по сути, даже не знаем: где эти вооруженные люди, многи ли их, есть ли там комендантский час. Там проходят политические акции, и мы это видим по телевидению, соответственно — нет этого комендантского часа, осуществляется некая свобода собраний. И нам очень сложно выражать насчет ситуации там свое мнение. И не думаю, что процедура может вызвать вопросы. Здесь, по сути, другой, глубинный смысл — смысл существования государства вообще. Это является главным, а не процедуры.

Лидия Ермошина: Я не смогла бы поехать туда из-за того, что у нас у самих с 18 марта начинается досрочное голосование. А чисто теоретически я не хочу рассуждать.