Подполковник милиции в запасе Николай Козлов написал письмо Генпрокурору Александру Конюку.
«Народная воля» приводит текст письма:
«Уважаемый Александр Владимирович!
Вынужден обратиться к Вам публично со страниц газеты «Народная воля», так как надежды на адекватную реакцию на заявление о совершении в отношении меня преступления нет.
Немного предыстории без утомительных подробностей.
22 декабря 2011 года я обратился в прокуратуру Московского района с заявлением о привлечении к уголовной ответственности лиц, которые 19.12.2011 года, находясь при исполнении служебных обязанностей, сфальсифицировали документы путем предоставления заведомо ложных сведений, на основании которых в отношении меня был составлен административный протокол.
Впоследствии по решению суда, основанному на сфальсифицированных документах и заведомо ложных свидетельских показаниях сотрудников милиции А.А.Бирули и А.Н.Гугнюка, я был лишен свободы, т.е. подвергнут административному аресту сроком на 5 (пять) суток. Таким образом, были существенно нарушены мои права и законные интересы.
В своем заявлении я собственноручно указал, что предупрежден об уголовной ответственности за заведомо ложный донос.
Написал я это заявление осознанно и вполне резонно рассчитывал на объективную его проверку. Думаю, Вы со мной согласитесь, что перед должностными лицами, на рассмотрении которых оно находилось, стояла простая задача: должным образом зарегистрировать заявление и в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом его разрешить. Т.е. опросить всех заинтересованных лиц, свидетелей, в которых, к слову, недостатка нет, проверить и оценить предоставленные доказательства, которых тоже вполне достаточно и в конечном итоге привлечь к установленной законом ответственности виновных: либо меня за заведомо ложный донос, либо сотрудников милиции за превышение своих служебных полномочий и фальсификацию юридически значимых документов. Говорю об этом как бывший старший оперуполномоченный уголовного розыска по особо важным делам.
Казалось бы, что тут сложного?
Но на практике все оказалось не так просто. Мое заявление стало кочевать из прокуратуры в ГУСБ МВД, оттуда в ГУВД и т.д. Когда отправлять заявление стало некуда, образовался ступор продолжительностью в несколько месяцев. Не получив ответа, я, естественно, заподозрил, что заявление «съели», и был вынужден повторно обратиться в прокуратуру Московского района с требованием повторно рассмотреть мое заявление по существу и привлечь виновных к ответственности. Как Вы, наверное, догадались, второе заявление повторило путь первого, спустившись до самого что ни на есть дна. И наконец спустя полгода, 19.06.2012 г., из Московского РУВД я получил очень «емкий и исчерпывающий» ответ.
Цитирую: «По результатам проверки сообщаю, что все Ваши обращения, поступавшие в Московское РУВД г. Минска, рассмотрены. О результатах рассмотрения в Ваш адрес направлялись ответы в установленный законом срок». И все!
Я не верю, что милиция деградировала настолько. Поэтому напрашивается вывод, что все материалы проверки, если она вообще проводилась, сфальсифицированы.
При этом считаю необходимым прокричать, что за все эти шесть месяцев никто не удосужился проверить имеющиеся доказательства. Не опросили ни меня как потерпевшего, ни свидетелей моего задержания. Напомню, я утверждал и продолжаю утверждать, что в отношении меня сотрудниками милиции совершено преступление. Вам, полагаю, тоже становится понятным, что подобного качества проверка по заявлению о совершенном преступлении очень даже подпадает под действие Уголовного кодекса. Т.е. человек, укрывший преступление, -- сам преступник.
Все произошедшее со мной и творящийся вокруг беспредел все больше укрепляют во мне уверенность, что в правоохранительных органах, упиваясь безнаказанностью, процветает организованная преступная группа с четко распределенными ролями.
Как в любой организованной преступной группе, самую грязную работу, естественно, поручили самым недалеким и ни на что больше не годным, отъявленным негодяям, которые в нашем случае одеты (ряжены) в форму сотрудников милиции. Их роль заключается в выполнении очевидно незаконного приказа по произвольному, немотивированному задержанию граждан (в данном случае -- меня), фальсификации документов (рапортов), на основании которых составляются априори сфальсифицированные протоколы. Далее все это криминальное творчество направляется в суд. И уже там «высокий суд», выключая рассудок и остатки совести, успокаивая себя тезисом о том, что им нет оснований не доверять очевидному бреду свидетелей-милиционеров, прибавляя к этому якобы свою внутреннюю убежденность (революционную целесообразность), выносит очевидно неправосудные решения. В моем случае, напомню, это пять суток ареста.
Все это стало возможным благодаря молчаливому бездействию прокуратуры.
Я обращаюсь к Вам в надежде, что Вы не успели стать активным участником правового беспредела.
Я требую рассмотреть мое заявление по существу и привлечь виновных к установленной законом ответственности.
И еще несколько слов о творящемся в стране беспределе. Я знаю, что не являюсь единственной его жертвой, и думаю, что передам общее настроение. Отказывая людям в праве на объективное разбирательство, в праве на защиту и справедливый суд, вы (я имею в виду всю правоохранительную и судебную системы, да и власть в целом) сами становитесь вне закона, переходите в ранг преступников. Делая вид, что ничего не знаете, не видите, и не желая ничего слышать, вы провоцируете людей в отчаянии искать другие способы защиты.
Думаю, это касается всех аспектов нашей жизни, которые упоминаются в Конституции как гарантированные права граждан.
Николай Георгиевич Козлов, подполковник милиции в запасе.»
Напомним, о подполковнике милиции в запасе Николае Козлове вся страна узнала в 2010 году, когда накануне президентских выборов он со страниц «Народной воли» рассказал о скандальном факте фальсификации результатов досрочного голосования в «палату представителей» в сентябре 2008 года. Тогда Николай Козлов стал свидетелем того, как после закрытия участка, на котором он нес дежурство, члены избирательной комиссии вбрасывали в опечатанную урну бюллетени. О данном факте подполковник милиции сообщил своему руководству, требовал разбирательства, но вместо этого был вынужден уйти из органов.
19 декабря прошлого года люди в штатском задержали Николая Козлова в Минске на пешеходном переходе возле Октябрьской площади, а позже в милицейском рапорте написали, что Козлов был задержан совершенно в ином месте -- у Красного костела. И задержан был якобы за то, что ругался матом и нарушал покой граждан. На основании этого рапорта подполковника милиции в запасе судья Московского районного суда Минска Елена Черняк осудила на пять суток ареста. Выйдя из следственного изолятора, Николай Козлов решение Московского суда обжаловал в Минском городском суде. Однако судья Владимир Хробастов, несмотря на показания четырех свидетелей, подтверждавших, что Козлов не мог находиться у Красного костела в то время, которое было указано в милицейском рапорте, оставил без изменения решение суда Московского района. Кроме того, Николай Козлов 22 декабря 2011 года обратился в прокуратуру Московского района с заявлением о привлечении к уголовной ответственности милиционеров, которые сфальсифицировали рапорт в отношении него.
Добро пожаловать в реальность!