IT-предприниматель и венчурный инвестор из Беларуси Юрий Мельничек в интервью ютуб-каналу Елизаветы Осетинской рассказал о биотехнологической компании Gero, которая с помощью искусственного интеллекта пытается взломать код старения.
В 2010 году он продал квартиру и отказался от шестизначного годового заработка в Google, чтобы запустить Maps.me — сервис оффлайн-карт, который стал одним из самых популярных навигаторов в мире, пишет Наша Ніва. Позже Мельничек продал несколько AI-проектов Google и Pinterest и основал венчурный фонд.
Сегодня одна из его самых смелых ставок — Gero: компания, которая создает лекарства от старения.
По его словам, главная проблема современного восприятия мира в том, что люди считают старость нормой.
«Старость — это причина большинства болезней сейчас, это главная причина умирания людей на Земле. Это не норма. Наука о долголетии определяет старость так (я согласен с этим определением): это состояние, когда для индивидуума или для биологического вида вероятность смерти по любой причине увеличивается со временем», — утверждает предприниматель и ссылается на знаменитый закон Гомперца, согласно которому после 20 лет вероятность смерти человека удваивается каждые 8 лет. Однако существуют биологические виды, у которых эта вероятность не меняется. Задача науки о долголетии — остановить этот экспонентный рост риска.
Мельничек замечает, что в 2021 году ученые Gero опубликовали резонансную статью о естественном барьере человеческой жизни, который лежит в диапазоне между 120 и 130 годами. Эта работа даже попала на страницы Popular Mechanics.
По словам Мельничека, именно к этому барьеру должно привести первое поколение препаратов от старения.
«Первое, что мы увидим, — это ожидаемая продолжительность жизни с 83 лет, как сейчас в развитых странах, дойдет до 120—130 лет», — уверен инвестор.
Он подчеркивает, что теоретически этот сдвиг уже произошел — наука знает, что это возможно, вопрос остался только за распределением технологии.
Не таблетка, а укол
Если вы представляете себе лекарство от старости как волшебную пилюлю, которую можно выпить с утра, то, скорее всего, ошибаетесь. Как объясняет Мельничек, создание таблетки имеет серьезные ограничения из-за так называемой оральной биодоступности — многие сложные вещества просто не усваиваются через кишечник.
Поэтому будущее терапии — за инъекциями. «Это может быть мРНК-вакцина, которая делается, как ковидная вакцина, раз в год», — говорит Юрий. Подобный подход уже стал привычным благодаря распространению препаратов вроде Оземпика и мРНК-технологий.
Самый продвинутый проект компании — это вакцина, которая блокирует накопление определенного белка в организме. Искусственный интеллект предсказал, что именно этот белок играет ключевую роль в процессе старения. Если его из организма убрать, то люди начнут жить существенно дольше.
Чтобы проверить гипотезу, ученые провели эксперименты на мышах. Результаты оказались впечатляющими: всего один укол продлил жизнь грызуна на 20—25%. Но главное, на что обращает внимание Мельничек, — это качество жизни.
«Это продлило здоровую, бодрую часть жизни, когда мышь еще любопытная, хорошо выглядит, быстро двигается», — отмечает он.
Правда, как с сожалением замечает предприниматель, мышей из тестовой группы, которые выжили и помолодели, пришлось усыпить согласно протоколу, чтобы патологоанатомы смогли изучить их органы.
«И еще потом патологоанатом увидел, что у них и внутренние органы были, как у молодых», — рассказывает Мельничек.
На вопрос, что это за формула, предприниматель шутливо ответил:
«Это слово из шести букв, которое называет, какой белок надо вывести из циркуляции в организме, чтобы биологический вид Homo sapiens и многие другие млекопитающие жили намного дольше».
Сделка с японским фармацевтическим гигантом
Как объясняет Мельничек, Gero — это в первую очередь вычислительная компания, а не классическое фармацевтическое производство. Лабораторные исследования проводятся на аутсорсинге.
Свои открытия Gero продает крупным игрокам. Так произошло и с этим препаратом: он был продан крупнейшей японской компании Chugai Pharmaceuticals, контрольный пакет которой принадлежит швейцарскому гиганту Roche.
«Они купили знания, — объясняет Мельничек. — Слово из шести букв плюс очень много пояснительной документации». По сути, японцы приобрели право разрабатывать препарат на основе AI-моделей Gero.
Сделка предусматривает поэтапные выплаты в размере 250 миллионов долларов по мере достижения определенных ключевых показателей эффективности (KPI). Первый платеж уже получен после подписания контракта. Следующий транш ожидается, когда японская лаборатория самостоятельно повторит результаты экспериментов.
Сам Мельничек через свой семейный офис Melnichek Investments вложил в компанию суммарно около 5,5 миллиона долларов. Инвестор обращает внимание на условие контракта о роялти: Gero будет получать от 4 до 6 процентов от выручки препарата, и эта сумма не имеет верхней границы.
Правда, до выхода на рынок готового лекарства еще очень далеко. Если результаты подтвердятся, начнется длительный период регуляторных испытаний: сначала препарат снова проверят на мышах, а затем — на втором виде млекопитающих. Только после успешного завершения этих этапов откроется дорога к клиническим исследованиям на людях.
По словам Мельничека, этот процесс традиционно разбит на три фазы. Сначала проверяется безопасность. Затем идет фаза проверки эффективности на небольшой группе пациентов, и, наконец, масштабная третья фаза, цель которой — доказать действие лекарств на большой выборке и создать простой алгоритм назначения для врачей. Только преодолев все эти барьеры, препарат попадает в продажу на ключевых рынках.
Два сценария старения
Рассуждая о биологии старения, Юрий Мельничек обращает внимание на то, что в природе существуют две принципиально разные стратегии старения.
В качестве первого сценария Мельничек приводит мышей, которые умирают от первого же заболевания. Их организм не рассчитан на сопротивление.
Второй сценарий — это так называемое пренебрежение старением, которое демонстрируют голые землекопы. Эти удивительные существа живут около 30—40 лет, что невероятно много для грызуна их размера.
«Мы не видим того, чтобы их вероятность смерти повышалась с возрастом», — утверждает предприниматель. В 30 лет землекоп имеет те же шансы умереть (от травмы или инфекции), что и в 1 год.
Как утверждает Мельничек, люди стареют по такому типу, как мыши, когда они становятся очень старыми. Человек долго сопротивляется благодаря силам восстановления. Переломный момент наступает у людей после 65 лет (при здоровом образе жизни позже).
Цель нового препарата — не просто лечить болезни, а «открутить счетчик возраста» назад, чтобы организм не переходил в этот «мышиный сценарий» и оставался в состоянии высокой способности к самовосстановлению.
Инъекции нового препарата нужно будет делать людям после 65 лет.
«Это не тот препарат, который гасит постепенное увядание организма, это скорее тот, который дряхлость человеческую откатывает назад», — утверждает предприниматель и упоминает исследование Gero, которое было опубликовано в 2021 году.
Эта научная работа определила фундаментальную границу долголетия. Анализируя огромные массивы обезличенных медицинских данных и показатели фитнес-трекеров, исследователи изучали такой параметр, как скорость восстановления организма после стресса (болезни или физической нагрузки).
Математическая модель показала неумолимую закономерность: если в молодости человек восстанавливается быстро, то с годами этот период растягивается. В среднем возрасте (около 40 лет) на возвращение в норму после такой болезни, как COVID, требуется около двух недель. Однако кривая восстановления неуклонно стремится к критической точке.
Расчеты показали, что в диапазоне между 120 и 130 годами время, необходимое для восстановления, становится бесконечным. Это означает полную потерю устойчивости организма. По мнению инвестора, именно до этой границы люди смогут доживать благодаря первому поколению будущего препарата.
Зачем компания покупала человеческую кровь
Чтобы вычислить биологические механизмы старения и найти тот самый заветный белок, одних теоретических моделей было недостаточно. Как вспоминает Мельничек, на начальном этапе развития компания Gero покупала в лабораториях образцы человеческой крови. Критически важным было найти образцы, взятые у одного и того же человека, но с разницей минимум в 5 лет. Только такие «пары» позволяли отследить реальную динамику изменений в организме.
Замороженные образцы проходили через сложный протеомный анализ, который вычислял концентрацию тысяч разных белков. Целью было найти те из них, поведение которых меняется с возрастом линейно.
Именно этот кропотливый анализ крови позволил вычислить кандидатов на роль «белка-счетчика», блокировка которого позже дала фантастические результаты в экспериментах на мышах.
Теперь же, как утверждает Мельничек, физическая покупка крови почти не требуется — технологии позволяют делать подобные открытия уже на основе цифровых данных из электронных медицинских карт.
AI-модель, которая предскажет ваше следующее заболевание
Как рассказывает Мельничек, помимо исследований в области продления продолжительности жизни, его команда создала уникальную платформу, которая «хорошо умеет разделять старение и болезни, и от этого находит лекарства для старения и для возрастозависимых болезней. (…) Модель Gero предсказывает следующее заболевание в медицинской карте человека», — объясняет предприниматель.
Эта система анализирует историю болезней и сопоставляет ее с генетическими данными. Если модель ошибается в прогнозе для конкретного человека, ученые смотрят, чем его генетика отличается от других. Именно таким образом, по словам Мельничека, удается находить гены и белки, которые отвечают за развитие болезней и старения.
Партнерство с Pfizer
Идеальным примером того, как наука о долголетии пытается сосуществовать с классической фармакологией, стала сделка Gero с гигантом Pfizer. Как рассказывает Мельничек, все началось с потребности в больших данных.
Как объясняет инвестор, Pfizer дал доступ по десяткам миллионов электронных медицинских записей американцев в 2022 году, на них сотрудники Gero натренировали свою модель. В обмен на данные фармгигант имел конкретный интерес — найти средство для борьбы с фиброзами (патологическим разрастанием соединительной ткани в легких или печени, что напоминает образование шрамов).
Проблема фиброза заключается в том, что это типичное возрастозависимое заболевание. Если просто искать его причины с помощью машинного обучения, алгоритмы выдают множество генов, связанных с общим старением, которые действуют очень медленно. Однако Pfizer, как и любой фармкомпании, нужны были «быстрые» мишени — белки, воздействие на которые решает проблему здесь и сейчас.
По словам Мельничека, команда Gero сумела решить эту задачу, математически «отняв» процесс старения из уравнения.
«Мы им отдали мишени, это значит [определили], какие белки нужно атаковать, которые [находятся] очень близко к фиброзу. А себе оставили модель для поиска самых медленных механизмов, которые лежат в основе старения», — раскрывает детали сделки предприниматель.
Почему превентивная медицина никому не нужна
Объясняя, зачем понадобилось такое разделение, Мельничек затронул фундаментальную проблему современной медицины: крупный бизнес не заинтересован в создании лекарств, которые предотвращают болезни задолго до их появления.
«Представьте, что есть таблетка: если пациент пьет ее год, он никогда не заболеет фиброзом. Такая таблетка никому не нужна. Нужна таблетка, когда пациент уже заболел», — категорически утверждает он.
Причина, по мнению инвестора, кроется в том, как устроен рынок: человек приходит к врачу с конкретной бедой, получает рецепт, и страховая компания оплачивает лечение. Продавать превентивные средства сложно как с точки зрения доказательности их необходимости, так и самих продаж.
Следующая цель — отсрочка менопаузы
В интервью Юрий Мельничек анонсировал еще одно амбициозное направление работы Gero, которое может совершить революцию в женском здоровье. У компании есть договоренность со специализированным инвестиционным фондом, который готов финансировать поиск препарата для отсрочки менопаузы. Схема работы здесь напоминает венчурную: партнеры выделяют деньги на каждый следующий этап экспериментов при условии, что предыдущий был успешным.
Научная гипотеза проекта основывается на том, чтобы отделить друг от друга два разных механизма. Как объясняет Мельничек, в женском организме есть нормальные периодические процессы (менструальный цикл), на которые накладывается очень слабый и медленный процесс старения репродуктивной системы, который со временем нарушается.
Задача ученых — выделить эту медленную деградацию и найти способ ее остановить. «Если мы сможем найти, как ее «затаргетить» лекарствами, то это будет лекарством, которое отдаляет менопаузу», — говорит инвестор.
Он признает, что пока команда находится на раннем этапе: готового препарата еще нет, но есть хорошие гипотезы насчет того, какие именно гены и белки отвечают за этот сбой.
Легко ли будет продать Gero
Отвечая на замечание о том, что Gero выглядит как «проект на всю жизнь», который, в отличие от предыдущих IT-стартапов Мельничека, вряд ли удастся быстро и выгодно продать стратегическому инвестору, предприниматель высказал противоположное мнение.
Он уверен, что с поиском покупателя проблем не возникнет: приобрести Gero в качестве готового исследовательского центра могла бы любая крупная фармацевтическая корпорация. Однако инвестор подчеркивает, что на данном этапе у него такого желания нет.
Добро пожаловать в реальность!