Накануне силовики приходили с обысками не только в минскую Грушевку. "Белсат" поговорил с жителями микрорайона Уручье, к которым также пришли с осмотром. Имена героев изменены ради их безопасности.
Жена Ивана узнала об обыске только после его окончания
Иван собирался на работу, когда ему в дверь позвонили.
«Еще на прошлой неделе по нашему дому стали ходить, видимо, милиционеры в форме, а потом в штатском. Не понятно было, чего они ходили, я был на работе, и мне рассказали консьержи, что кто-то приходил», – вспоминает он.
Иван не очень волновался, так как информации про обыски в других домах еще не было. Во время визита силовики показали постановление на обыск, в котором шла речь о терроризме, хотя статуса Ивана указано не было.
«Статуса не было, а вот какая-то статья о терроризме была. Спрашивали, знаю ли я, чего они ко мне пришли, и был ли я на каких-то неразрешенных митингах. Я говорил, что не знаю и не был, но была статья 23.34», – рассказал Иван.
Еще Ивана спрашивали, хранит ли он запрещенные вещи и готовит ли он государственный переворот, а потом пошли с обыском по квартире.
«В одной комнате спали жена с сыном, так они туда и не заходили. Когда все закончилось, жена проснулась и спросила, почему я дома. А я и говорю, что не на работе, потому что обыск только что прошел», – вспоминает Иван.
Особенно пристально «гости» Ивана не досматривали, по шкафам не лазили, но забрали технику.
«Я узнал от коллег, что у них тоже был обыск, к ним тоже приходили. Полагаю, что им доводят сверху искать какие-то скрытые ячейки», – рассуждает Иван.
Николай к обыску был подготовлен
Мужчина понял, что его ждет обыск, так как на прошлой неделе приходили несколько раз, когда Николая не было дома.
«Я понял, что это будет просто осмотр, иначе они бы мне дверь выломали», – мужчина делится мнением.
О том, что «гости» идут, Николай узнал от соседей:
«Я уже собирался уходить, но решил подождать, пусть уже приходят. Был здесь и собственный интерес – хотелось решить этот вопрос до того, как вернутся из отдыха мои дети. Чтобы не было для них стресса», – отметил наш собеседник.
Ему также показали решение о том, что идет расследование дела о терроризме, но сфотографировать не разрешили.
«Я уже был подготовлен к обыску, а когда мы с ними встретились, то было понятно, что им это особо не было нужно. Пришли потому, что пришли. Я еще пошутил, где я, а где терроризм. Спрашивали про запрещенные предметы, а я спрашивал, что к ним относится: молотки, пилы, кухонные ножи? Тут если не смеяться и не улыбаться, то не будет как жить», – убежден Николай.
«Гости» приказали Николаю самому искать понятых, а когда те пришли, начался обыск.
«Спросили, что у меня есть, я сказал, что есть ноутбук. Его забрали. Потом снова спрашивали, есть ли что-то запрещенное. Я тогда переспросил, а что изменилось со времени их предыдущего вопроса? Они сказали, что ничего. Ну и вот», – смеется мужчина.
Силовики осмотрели полочки в комнате, снова спросили про гранаты и коктейли Молотова, потом забрали ноутбук.
«Спросили, есть ли пароль, я ответил, что есть, но называть его отказался. А что: если это их работа, вот пусть и работают», – считает Николай.
Он отметил, что ситуация у него отличалась от обысков, когда силовики выламывали двери и переворачивали квартиры.
Активные облавы на активистов, журналистов, правозащитников и представителей гражданского общества продолжаются в Беларуси уже вторую неделю. Власти это называют «активными действиями для зачистки от радикально настроенных лиц».
Добро пожаловать в реальность!