На сайте regnum.ru появился объемный текст доктора исторических наук Александра Бендина «Как уничтожалась память о герое первой гибридной войны в истории России», посвященный Михаилу Муравьеву, получившему от императора Александра II официальный титул графа Виленского за успехи в подавлении восстания Калиновского и русификацию белорусских и литовских земель.
Однако более известен Михаил Муравьев под неофициальным, но крепко прилипшим к нему титулом «вешателя». В период его генерал-губернаторства в Северо-Западном крае были казнены 128 инсургентов, в том числе и Кастусь Калиновский, высланы на каторгу и в ссылку тысячи повстанцев.
Негативное отношение к Михаилу Муравьеву сложилось еще при его жизни
Профессор Института теологии имени святых Мефодия и Кирилла БГУ Александр Бендин не первый раз обращается к этой фигуре, пытаясь представить палача, подписавшего более сотню смертных приговоров, героем.
Задача непростая, ведь негативное отношение к Михаилу Муравьеву еще при его жизни сложилось не только среди людей, скажем так, демократически настроенных, но среди части высшего дворянства, верой и правдой служившей самодержавию.
Известно, к примеру, что губернатор Петербурга, внук знаменитого полководца, Александр Аркадьевич Суворов публично назвал Муравьева «людоедом».
И это при том, что сам Александр Аркадьевич отличился при штурме Варшавы при подавлении восстания 1830-1831 годов. Впрочем, Суворов проявил себя там, как боевой офицер, а не как каратель. И должно быть, именно поэтому имел право на такую оценку.
Кто такой герой?
Герой войны, по определению, — это человек исключительной смелости и доблести. Какую воинскую доблесть и смелость проявил Михаил Муравьев в этой «гибридной» войне? Об этом в тексте профессора Бендина найти ничего не удалось. Зато перечислен целый ряд иных заслуг.
В частности, позитивно оценивается роль Муравьева как борца за территориальную целостность Российской империи. При этом не упоминается о том, что восстания дважды вспыхивали на землях, выражаясь современным языком, аннексированных в конце 18 века у другого государства — Речи Посполитой, которое было разделено между Австрий, Пруссией и Россией.
Муравьев подается как освободитель «старинной русской земли», под которой, очевидно, имеется в виду Беларусь, от ига польского дворянства и католицизма.
«В лице Муравьева русская власть впервые выступила в роли не только экономического, но и национального освободителя белорусских и малороссийских крестьян от колониального гнета польского дворянства и шляхты», — пишет автор текста о «герое первой гибридной войны».
При этом автор как бы не замечает противоречия в том, что национальное освобождение белорусских крестьян происходило «с помощью русского образования, русской культуры и Русской церкви». Иными словами, Муравьев и его сподвижники русифицировали белорусов, меняя один гнёт на другой.
Между тем, в списке толмачей Посольского приказа Российского царства XVII века значится как минимум четыре фамилии переводчиков с белорусского языка и знатоков «белоруского писма». То есть, за двести лет до «национального освобождения» было понимание того, что есть белорусы и есть их язык, не идентичный русскому, коль требовались переводчики.
Ни большим патриотом, ни чудовищем деспотизма Михаил Николаевич не был
Широко известна фраза, приписываемая Муравьеву о том, «что не доделал русский штык, доделает русский чиновник, русская школа и русский поп».
По мнению Александра Федуты, скорее всего, авторство принадлежат не графу, а куратору Виленского учебного округа в 1864-1868 гг. Ивану Корнилову. Чиновник просто точно сформулировал намерения генерал-губернатора.
Впрочем, Александр Федута, написавший подробные комментарии к воспоминаниям Муравьева «Заметки об управлении Северо-Западным краем и подавлении в нем бунта», отнюдь не демонизирует графа Виленского.
«Ни большим патриотом, ни чудовищем деспотизма Михаил Николаевич не был», — констатирует исследователь. Федута считает, что жесткий и волевой руководитель в Муравьеве «сочетался с коррупционером, а патриот — с настоящим карьеристом».
Увы, «герой первой гибридной войны» действительно отличился и на поприще коррупции. Ведь современники назвали его не только «вешателем», но и «трехпрогонным». Это уничижительная кличка появилась после того, как в 1858 году для одной служебной поездки Муравьев взял командировочные (прогоны) во всех трех ведомствах, где занимал на тот момент должности (Міхал Мураўёў. Нататкі пра кіраванне Паўночна-Заходнім краем і пра падаўленне ў ім бунту / Уклад. А. Фядута. — Менск: «Лімарыус», 2016. С. 19).
Имелись за ним и более весомые грехи по этой части.
Почему же сегодня появляется стремление выставить карьериста и коррупционера, жестоко подавившего «бунт» Кастуся Калиновского и его соратников, героем?
Можно предположить, что деяния Михаила Муравьева, в частности, его опыт публичных казней, а также опыт борьбы с протестными настроениями путем запрета на национальную символику и ношение траурных платьев женами репрессированных повстанцев оказался востребованным именно сейчас.
При этом не следует забывать, что, несмотря на все жестокости, ни Муравьеву, ни его последователям так и не удалось сделать жителей Северо-Западного края надёжной опорой самодержавия, а белорусов и литовцев — русскими.
«Но однажды газы вырвут такой кусок, что заклепать будет нельзя...»
Известно, что Муравьев пользовался симпатиями наследника, ставшего после смерти отца императором Александром ІІІ, чье правление вошло в историю как время реакции и отката от реформ предшественника. Такая политика спровоцировала созревание еще большого протеста, чьи горькие плоды пожал последний российский самодержец.
Эти последствия предвидели и некоторые разумные и дальновидные царедворцы.
О грядущей катастрофе предупреждал Александра III генерал-адъютант Оттон Рихтер, который сравнил страну с закрытым кипящим котлом, вокруг которого ходят люди с молотками и старательно его заклепывают: «Но однажды газы вырвут такой кусок, что заклепать будет нельзя...».
История, как выясняется, никого и ничему не учит. И молотками ли, дубинками ли затыкать дыры в кипящем котле — особой разницы нет. Рано или поздно всё равно прорвёт…
Добро пожаловать в реальность!