По идее, сильнейший в истории современной Беларуси политический кризис, сопровождающийся массовыми уличными протестами и угрозой забастовки на крупных государственных предприятиях, должен был бы заставить действующую власть пересмотреть свою политику и ускоренными темпами подстраиваться под новую реальность. Но, по моим наблюдениям и общению с людьми из «системы», этого не происходит, пишет политолог Денис Мельянцов.
Глубинная причина нынешнего кризиса лежит в противоречии между старыми и привычными методами управления государством и новым поколением белорусов, выросшим за эти 26 лет правления Лукашенко. Детям, выросшим на Симпсонах и Саус Парке, учившимся по националистическим (в хорошем смысле этого слова) учебникам Истории Беларуси, сейчас по 30-40 лет и они работают и в бизнесе, и в госаппарате. Многие воспринимают белорусскую безопасность, стабильность и сравнительно приличный уровень жизни как данность, равняясь не на сравнибельные кейсы Украины и Молдовы, а на Западную Европу, которая стала намного доступнее, чем предыдущим поколениям белорусов. Тут всё как по учебнику - рост доходов приводит к росту потребностей. В том числе политического участия.
Белорусская власть как умела адаптировалась к внешним вызовам, чтобы сохранить соцконтракт - улучшала инвестклимат, создавала условия для инновационных отраслей экономики, способствующих росту экспорта, диверсифицировала внешнюю политику. Но, с одной стороны, оказалась не готовой к стремительному росту внутреннего запроса на перемены со стороны этого нового поколения, а с другой - эти самые инновационные точки роста экономики, которые власть тщательно культивировала, сами стали источниками и драйверами запроса на перемены.
Поэтому уже не получится, как в былые годы, загнать под веник небольшое число протестующих оппозиционеров, воспринимаемых подавляющим большинством населения как фриков. Даже тем населением, которое было критически настроено по отношению к власти. Сейчас эти условные 30% (максимум «скептиков», которых обычно фиксируется соцопросами) пришли в движение, увидев новых лидеров и ощутив свои возможности.
Можно конечно силовым способом подавить наблюдаемую уличную активность. У власти есть такой ресурс. Но сами протестные настроения и их источник - никуда не денется. И он прорвётся снова при любом подходящем поводе - будь то местные выборы, референдум по конституции или какой-нибудь новый декрет против тунеядцев. Это я не говорю про уход части теперешних радикализирующихся протестующих в подполье и возможность точечного террора.
Власть, со своей стороны, уже давно, лет десять как, планировала более тонкую настройку политической системы, с тем чтобы обеспечить плавную передачу власти. Но этому процессу всегда что-то мешало. Сейчас приходится делать это в пожарном режиме. Но опять же, простая перестройка системы сверху с целью обеспечения преемственности и некоторой децентрализации власти уже недостаточна. Необходимо реальное вовлечение в этот процесс по крайней мере конструктивной части протестно настроенных граждан. Как? - отдельный вопрос. Но то, что сейчас происходит с диалоговыми площадками, подготовкой Всебелорусского народного собрания, обсуждениями в государственных исследовательских центрах, говорит о том, что власть настроена на имитацию процесса и не готова менять свои подходы. Но вечно удерживать стабильность, полагаясь только на политические инстинкты Лукашенко, нереально. Вот о чём хорошо бы задуматься государственным «фабрикам мысли», а не только СМИ мониторить.
Добро пожаловать в реальность!