Мама находящегося в СИЗО политтехнолога Виталия Шклярова, гомельчанка Нина Петровна плачет: «Я не знаю, кому и как доказать, что мой сын не причастен к тому, в чем его сейчас пытаются обвинить». Женщина признается, что в подобной ситуации ее семья оказалась впервые, а потому все до сих пор растеряны и как действовать, не знают. TUT.BY выслушал пронизанную болью и отчаянием материнскую речь.
Фото: Сергей Комков, TUT.BY
— У нас очень хороший род, все порядочные, никто никогда не сидел в тюрьме. Поэтому для нас всех то, что сейчас происходит — большой шок, — объясняет женщина.
С той среды, когда сын поехал на рынок за арбузом, а домой не вернулся, прошла уже почти неделя, но Нина Петровна до сих пор не может прийти в себя.
— Это так страшно! Позавтракал — и в 11 уехал. Как был в шортах и майке, так и забрали. Не дали даже заехать домой взять теплые вещи. Нам никто ничего не сказал. Мы тут с ума до вечера сходили — пропал сын. А в восемь позвонил адвокат и сказал, что Виталика «взяли» якобы за работу с Тихановским. Сегодня снова звонил адвокат, рассказал, что сын подавлен и не понимает, как вообще возможно то, что с ним произошло.
Нина Петровна уверена, что с Тихановским ее сын не имел никаких дел.
— Он здесь был с 9 июля, мы тесно общались, он все время рядом, ни разу я не слышала фамилию Тихановский от него или в его разговорах с другими. Он, имея такой опыт, такую профессию, не связывался бы с нашей политикой. Он ведь сам белорус и прекрасно знает, что в ней в нашей стране очень опасно.
Кстати, и сам Шкляров в многочисленных интервью отрицал какую-либо связь с Тихановским. Вот, например, как два месяца назад он комментировал слухи об этом «Радыё Свабода»:
— Я даже не пошевелил пальцем, чтобы помочь ему. Это все исключительно заслуга его самого. Человек просто едет и разговаривает с людьми. Для Беларуси это аномалия <…> Уберите Тихановского и поставьте Петрова или Сидорова, будет то же самое. Тихановский просто стал острием копья. Он стал тем человеком, который олицетворяет движение, которое никуда не денется. Будет еще хуже. Ведь у людей, которые во что-то верят, забрали их веру. Мы знаем, начиная от крестовых походов и заканчивая послевоенным атеизмом, что это плохо кончается, когда у людей, которые во что-то верят, забирают их веру. Это не пройдет просто так, и в истории много тому примеров.
Нина Петровна с гордостью рассказывает, как сын работал политическим консультантом и политтехнологом в компаниях Ангелы Меркель и Берни Сандерса, как пошел волонтером в штаб к Обаме.
— Я в это время как раз была у них в Штатах (жена Шклярова — гражданка США, дипломат. — Прим. TUT.BY): родился внук Никита, я его смотрела. Виталику тогда в избирательной компании Обамы дали самый непростой штат — он же без имени, без опыта. Но уже через неделю приехал руководитель штаба, похвалил — и дал еще штат. Обама, когда одержал победу, даже приглашал сына с женой на инаугурацию.
Больше всего, вспоминает Нина Петровна, она переживала за сына в то время, когда он работал в штабах российских оппозиционеров Дмитрия Гудкова и Ксении Собчак.
— Я понимаю, что такое политика — я ведь историк, да и на свете пожила. Всегда предупреждала, чтобы он осторожнее был в России. А тут видите как? Приехал в отпуск домой — и Тихановского ему приписали. А даже если бы и работал он с ним?! Скажите, в какой еще стране мира за такое можно посадить? Он политтехнолог, его работа такая — консультировать всех, кто обращается. Он давал консультации по всему миру. Он этому учился, он этим зарабатывает. Но я знаю сына и верю ему: с Тихановским он не работал.
На столе — письмо сыну, его родителям почему-то так и не разрешили передать в СИЗО, и планшет — в нем тысячи фото, их Виталий ежедневно отправлял по вайберу маме.
— В марте он в Америке на рыбалке, в апреле вот он с Никиткой в гольф играют, в мае — снова в Вашингтоне. 9 июля он прилетел в Беларусь — привез на каникулы к нам Никиту, потом планировал уехать к жене в Киев. Ну скажите, если бы он был как-то связан с тем, что ему там сейчас приписывают, разве бы сидел он здесь, у мамы, разве бы ходил вот так спокойно по Гомелю? — задает вопросы Нина Петровна и тут же находит свой ответ: — Думаю, власть могла испугаться той же Тихановской — посмотрите какая поддержка сейчас у нее народная! — и решила нейтрализовать до выборов любого, кто может быть хоть как-то, на ее взгляд, причастен к помощи кандидатам в президенты. А тут в Гомеле такой подходящий политтехнолог с мировым именем вдруг оказался!
Виталий Шкляров — политический консультант, политтехнолог, советник избирательных кампаний Барака Обамы, Берни Сандерса, Ангелы Меркель, Ксении Собчак, Дмитрия Гудкова, научный сотрудник Гарвардского университета. Ему 44 года, он гражданин Беларуси и родом из Гомеля, но уехал с родины еще в конце 1990-х. В 2002 году окончил университет Фехты (Германия) по специальности «Социальные и политические науки», в последние годы жил в Штатах. Вот здесь — все, что нам о нем известно.
Сейчас Шкляров в минском СИЗО — проходит подозреваемым по делу в отношении Сергея Тихановского (обвиняется по четырем статьям, в том числе ст. 342 ч. 1 — «Организация и подготовка действий, грубо нарушающих общественный порядок, либо активное участие в них»).
Вечером 29 июля, в 19.11, Виталий успел написать в своем телеграм-канале, что его арестовали. В вечерних новостях того же дня, в 20.30, вышло «расследование» о том, что Шкляров был не просто консультантом проекта «Страна для жизни», а фактически мобилизовал протестный электорат вокруг блогера Тихановского, контролировал его и модератора соцсетей Дмитрия Попова, оба третий месяц находятся в СИЗО.
Попов в сюжете рассказывает, как его задержали неизвестные люди в штатском в России, фактически заставили писать статьи, обличающие российскую власть. Стоял за этим, по словам Попова, Виталий Шкляров. Позже, рассказал обвиняемый, политтехнолог велел ему приехать в Беларусь и уже здесь заниматься политикой: войти в команду Сергея Тихановского и вести соцсети проекта «Страна для жизни».
Политтехнолог заявляет, что с Сергеем Тихановским он никак не взаимодействовал, никого не «мобилизовал» и ничего не «координировал», более того, его в момент тех событий не было в Беларуси.
Виталий Шкляров в своей статье российской газеты «Ведомости» называл Тихановского «альтернативой Александру Лукашенко», «белорусским Навальным» и «белорусским Шарием».
— Тысячи людей приходят поставить свою подпись за кого угодно, лишь бы не за действующего президента, эта идея находит отклик, — объяснял он успех Тихановского. — Его основная аудитория — вчерашний электорат Лукашенко: обыватель, мало интересующийся политикой. Сам Тихановский не идет с позитивным месседжем, как строить «страну для жизни», а нещадно критикует действующую власть. Что, кстати, роднит его с молодым Лукашенко образца 1994 года, тот тоже пришел к власти, проецируя народный гнев на недееспособную постсоветскую номенклатуру.
— Виталий выглядит подавленным, он уверен, что его задержали незаконно, и то, что ему вменяется, не поддается никакой критике. Он считает себя пострадавшим за статьи, которые он писал — это очевидное политическое преследование. Фактически это первый политтехнолог, которого преследуют за его комментарии, — заявил адвокат Шклярова Антон Гашинский.
Он также рассказал, что Шклярова уже несколько раз перекидывали из камеры в камеру и он оказывался там с лицами, которые уже осуждены за преступления.
Добро пожаловать в реальность!