Глава Центризбиркома в интервью ria.ru прокомментировала ход нынешней президентской кампании, высказалась о потенциальных кандидатах и ответила на критику мест для проведения агитации.
Ермошина признает, что нынешняя кампания – самая сложная из всех. По ее словам, «буквально с первых ее дней были предприняты попытки по дезорганизации деятельности Центральной комиссии» и «запугивание как членов ЦИК, так и избирательных комиссий снизу».
«Если раньше, скажем так, попытки создания политической нестабильности предпринимались всегда в конце избирательной кампании, в период предвыборной агитации, то в этот раз раскачать ситуацию, создать некую предреволюционную обстановку в стране пытались уже с начала выдвижения кандидатов в президенты, с первых дней сбора подписей», – заявила она.
По ее словам, это делали «революционеры, которые не собирались становиться кандидатами».
«Я вообще не хожу по улицам»
Также Ермошина утверждает, что в ЦИК якобы поступают угрозы.
«Анонимные запугивающие письма в ЦИК приходят по электронному адресу. Есть звонки, они особенно активизировались, когда, например, арестовали господина (Виктора) Бабарико, и у нас на горячую линию стали поступать угрозы, хотя мы к аресту, естественно, никакого отношения не имеем, но нас почему-то выбрали в качестве козлов отпущения. Если изучить эти тексты, видно, что их пишут неадекватные люди. Все политические кампании пробуждают, скажем так, определенные психопатические настроения у людей, которые психологически нестабильны.
Я хожу без охраны, но я вообще не хожу уже по улицам. То есть я приезжаю на работу и уезжаю на машине домой, в Дрозды. По сути дела, если бы не огороженный поселок, у меня не было бы возможности дышать свежим воздухом. А опасаться или не опасаться за свою безопасность – это бесполезно. Я думаю, что нужно, во-первых, всегда сохранять присутствие духа и, во-вторых, веру в наши правоохранительные органы», – высказалась Ермошина.
«Я выступала за демократию»
Что касается мест, отведенных для агитации на время кампании, их раскритиковали правозащитники, отметив, что там плохое транспортное сообщение и они немноголюдны. Но Ермошина уверена, что выбор именно таких мест максимально соответствует демократическим условиям.
«Я могу сказать, что этак лет 15 приучала все местные власти к мысли, что предвыборная агитация, пикеты по сбору подписей должны проходить в демократических, максимально либеральных условиях. К этому сначала прислушался город Минск, потом мы дошли и до провинции. И у нас, по сути дела, была идеальная раскладка как по местам, так и по ведению предвыборной агитации. Кстати, эта избирательная кампания начиналась с такими же взглядами и мотивами.
Но когда господин Тихановский превратил пикеты по сбору подписей в политические агрессивные мероприятия, которые могли вообще неизвестно чем закончиться… Причем лично я за что боролась, на то и напоролась, потому что я ратовала за демократию, а ко мне собрались прийти домой под видом пикета и сбора подписей.
Поэтому когда поведение отдельных граждан стало непредсказуемым, это привело к последующему принятию решений местными властями, которые просто-напросто оставили для агитации во всех городах и весях только те места, которые и ранее были отведены для ведения общественно-массовых мероприятий. […] Пусть они [оппоненты] хотя бы там попробуют провести агитацию. Если им не будет этих мест хватать, тогда они скажут: «Нам не хватает, наших сторонников гораздо больше».
Добро пожаловать в реальность!