Второй месяц белорусы прячутся от коронавируса не только под масками, но и по домам. Некоторые от этих пряток уже заметно подустали. Причем настолько, что сами пошли в наступление. Наступают они теперь не только на дорожки по маршруту «дом-работа-магазин», но и на тропинки в сторону парков, торговых центров, ресторанов. Журналисты TUT.BY решили посмотреть, что сейчас происходит на улицах Минска, и отправились по людным местам столицы.
В четверг, 14 мая, в телеграм-канал Минздрава прилетело сообщение: в Беларуси зарегистрировано более 26,7 тысячи человек с COVID-19, 8168 из них выздоровели, 151 умер. Это было в 12.45, а в 13.15 на дорожке от метро Якуба Коласа до «Комаровки» — толпа. На самом рынке людей немного, но и написать, что мало, тоже нельзя. В выходные, рассказывают работники, было значительно больше. Погода, напоминают, стояла замечательная.
— Все устали сидеть в квартирах и проголодались, — коротко описывает происходящее продавец Ирина. Последние недели две, делится она наблюдениями, покупатели начали возвращаться. — Люди хотят двигаться. В выходные я, например, езжу на дачу. В этом сезоне стала замечать соседей, которые в прошлые годы редко бывали в поселке. Все стараются хоть как-то шевелиться — огород, шашлычок. Даже обеспеченные хозяева взялись грядки сажать. Нужно же физически себя как-то разгружать. Та же ситуация и с походом на рынок.
А рынок с ходу предупреждает: в мире пандемия. У центральной двери большая табличка, у прилавков маленькие: «Соблюдайте дистанцию 1 метр от продавца», — предупреждает она. Сами продавцы относятся к происходящему по-разному. Одни на позитиве, другие — скучают. Первые уверены: покупатели придут с теплом. Вторые растеряны: «Чего ждать и когда — неясно».
— У нас выручка в два раза упала, — говорит работница газетного киоска, который стоит на территории рынка.
— Главное, наш товар не портится, — отшучивается ее коллега Юлия Дидык. Она тоже торгует газетами и журналами. — Наши клиенты в основном пенсионеры. Когда в Европе только заговорили про коронавирус, они начали реже выходить из дома. Позже все дошло до нас, и покупателей стало совсем немного, но перед майскими они начали возвращаться. Может, пенсию получили, а может, устали в квартирах сидеть.
Выходить, продолжает Юлия, пожилые стараются, когда в городе пусто, то есть в будни и в основном с утра. Иногда втайне от детей.
— Когда все это случилось, для некоторых за кроссвордами стали заходить дети и внуки. Но не всем бабушкам и дедушкам понравилась такая забота. «Сколько можно дома сидеть, — объясняли свою позицию они. — Я ведь и сам (сама) хочу прийти, посмотреть, что есть, — и выбрать».
«В феврале я похоронил маму, теперь мне нечего бояться»
«Обед закончился, и людей в городе стало меньше», — говорю фотографу, он тут же поправляет: «Не меньше, а как обычно в будний день». В легендарном «Центральном» пирожное или кофе можно легко взять без очереди. Александр с другом предпочли салатик и кое-что покрепче.
— У нас есть водка и трактор, мы не боимся вируса, — легко объясняют мужчины, почему решили перекусить в общественном месте. Да и какое, говорят, оно для них общественное: — Мы здесь тусуемся с 1990-х.
— В феврале я похоронил маму, теперь мне нечего бояться, — меняет тон беседы Александр. Уже год он живет и работает в Таллине. Зимой приехал проводить маму в последний путь. Пока разбирался с похоронами и оформлял наследство, Эстония закрылась на карантин. — Теперь болтаюсь, как рыба в проруби. Ни туда уехать, ни сюда переехать.
«За соседним столиком», где метрах в двух «самоизолировались» Антон и Александр, другие разговоры. Антон пишет диплом, Саша заканчивает магистратуру. С апреля, когда вуз перешел на удаленку, каждый из них почти не выходил из дома. Максимум, шутит Антон, в ближайший магазин и собаку выгулять. Сегодня молодым людям нужно было в универ по делам, они случайно встретились и решили нарушить привычные им правила.
— От того, что тебе никуда не нужно и ты сидишь в квартире, «ломаются» биоритмы. Не замечаешь, как «зависаешь» в интернете: засыпаешь в 6 утра, просыпаешься в четыре дня, — рассуждает Антон. — Заставить себя сидеть дома второй месяц сложно. Если бы на государственном уровне было задекларировано, что, например, в такое-то время нельзя выходить из дома, иначе — штраф, это бы сдерживало. А так люди понимают: кроме морально-этических норм ничего не нарушают, выходят.
— Особенно молодежь.
— Не все молодые люди осознают серьезность ситуации. Одни — потому что относятся к себе апатично, другие — потому что живут отдельно от семей, а значит, не боятся заразить кого-то из близких, — продолжает Антон и чуть меняет тему: — Но мне кажется, что после майских людей в городе стало меньше. В апреле, например, когда я ездил на факультет, в центре толпами ходили, а сегодня пусто.
Ситуация на Зыбицкой, которая в эпоху «до ковида» считалась самой тусовочной улицей Минска, словно подтверждает его слова. На часах четыре дня, а людей тут — с горстку.
— Это потому, что сегодня холодно, — говорит Александра, сотрудница кафе «Zavtraki 24». — На прошлых выходных людей приходило много. У нас вся терраса была заполнена. Людям надоело сидеть дома, и когда температура стала +15 и выше, они пошли в заведения.
Из наблюдений Александры: далеко не все боятся вируса. Она к ситуации с COVID-19 тоже относится спокойно. Куда страшнее, говорит, остаться без работы.
— Мне кажется, ситуация с коронавирусом искусственно созданная, — рассуждает девушка. — Я благодарна президенту, что у нас не ввели карантин. Недавно у нас был прямой эфир с известным московским блогером. Более тысячи человек, которые к нему подключились, говорили, что Александр Григорьевич молодец. То, что творится в Москве и Питере, — это страшно. Люди съели свои запасы, и у них нет денег.
«Семья у нас небольшая, но мы все очень громкие, и от этого тоже нужно отдыхать»
Еще один пункт нашего маршрута — парк Горького. Сейчас тут тоже как-то тихо. Минчане, рассуждают редкие прохожие, сейчас нечасто отдыхают в центре. Все «дышат на районе» или за городом. На Минском море, говорят, в выходные было людно.
Вдоль Свислочи прогуливаются подруги Валерия и Полина. Из-за коронавируса, шутит Лера, она вынужденно оказалась на самоизоляции.
— Я студентка, с апреля мы учимся дистанционно, теперь большую часть времени я провожу дома, — описывает свои будни Валерия. Сидеть днями в четырех стенах, говорит девушка, ей сложно, поэтому периодически она выходит погулять. — Мне нужна свобода и пространство. А у нас первый этаж, балкона нет. Просто открыть окно мне недостаточно. К тому же, я живу с родными. Семья у нас небольшая, но мы все очень громкие, и от этого тоже нужно отдыхать.
У Полины другая ситуация. Они с папой против самоизоляции, а мама — за.
— Мама обижается, что я выхожу в парк или на кофе, — слово за девушкой. — Я ей объясняю, мы с папой все равно ходим на работу. Она возражает: работа — это неизбежно, но каждый дополнительный выход повышает шансы заболеть.
— И что вы ей на это отвечаете?
— Ничего, нет у меня аргументов. Знаю, отчасти она права, поэтому стараюсь предпринимать все меры предосторожности: чаще обрабатывать руки антисептиком, не трогать лицо, но я не могу сидеть дома. Мне кажется, невозможно оградить себя от вирусов. Не зря говорят о теории, что все переболеют.
Добро пожаловать в реальность!