Минский областной суд допрашивает свидетелей по громкому уголовному делу о смерти рядового в Печах. После показаний бывшего начальника 72-го гвардейского объединенного учебного центра полковника Константина Чернецкого суд допросил заместителя начальника медицинской службы 72-го учебного центра Николая Коршунова.
Александр Коржич, напомним, пропал 26 сентября после выписки из медроты, и за семь дней никто не поднял вопрос о том, где находится солдат.
— Были грубо нарушены требования. Должна быть сверка личного состава между командиром роты и начальником штаба, — говорит в суде Николай Коршунов. — Фактически Коржич убыл самостоятельно (из медроты солдата привели в медпункт, где его должны были забрать в казарму, однако он исчез. — Прим. TUT.BY).
— Кто должен был контролировать его убытие? — интересуется прокурор.
— Тогда это не было определено, — рассказывает Николай Коршунов. — Есть маленькая, но немаловажная деталь: в это время мы проводили ремонт медпункта. По стечению обстоятельств 26 сентября основной вход медпункта был закрыт и был открыт резервный, а там ограниченная обзорность.
3 октября Коршунов прибыл на место ЧП и осматривал подвал медроты, где нашли тело Коржича. По мнению медика, рядовой выбрал самое труднодоступное место, чтобы свести счеты с жизнью.
— У меня не возникло сомнений, что это (самоубийство. — Прим. TUT.BY) сделано самостоятельно. В этом я убедился как свидетель, осматривая место преступления, — добавляет Коршунов.
Он не заметил в подвале никаких следов борьбы. Ноги солдата были связаны шнурками, но не сильно, на голове — майка. В этом Николай Коршунов не увидел ничего странного.
— Связанные ноги и майка на голове, по вашему мнению, что это значит? — спрашивает гособвинитель.
— Это ритуальные действия, и это определенная степень инфантильности в совокупности с желанием справедливости. Это был своеобразный крик о помощи, — говорит Коршунов.
Напомним, тело Александра Коржича с майкой на голове и с ботинками, связанными шнурками, было найдено 3 октября 2017 года. Мама рядового почти год настаивает на версии убийства сына.
На скамье подсудимых трое сержантов: Евгений Барановский, Егор Скуратович, Антон Вяжевич. Им вменяют ч. 3 ст. 455 УК (Злоупотребление властью, повлекшее тяжкие последствия), ч. 1, 2 ст. 430 (Получение взятки), Барановскому еще и ч. 1 ст. 205 (Кража). Максимальный срок — 12 лет лишения свободы.
Добро пожаловать в реальность!