Алесь Пушкин рассказал «Салідарнасці» о сегодняшней жизни земляков и своих отношениях с властями.
— Яшчэ ў 2011-м я падрыхтаваў і накіраваў мясцовым уладам праект рэканструкцыі і добраўпарадкавання цэнтру Бабра. Забрукаваць плошчу, паставіць у цэнтры фантан, — рассказал подробности своего проекта известный художник. — Але дагэтуль не маю адказу.
По словам собеседника, в городском поселке Бобр до сих пор заасфальтированы только четыре улицы из девятнадцати.
— Пасля Другой сусветнай вайны ўся Еўропа з руінаў паднялася, аднавілася. І толькі ў мястэчку Бобр жыхары дагэтуль ходзяць і ездзяць па гравійных дарогах, — возмущается он.
У Пушкина накопилось немало претензий к местным властям, а также к батюшке из церкви. Тот, по словам хужожника, занимается русификацией прихожан.
Просьба художника передать под Центр современного искусства одно из пустующих коммунальных зданий уперлась в требования указа № 294 от 2012-го «О порядке распоряжения государственной собственностью». Согласно документу, передача такой собственности возможна только в распоряжение юридических лиц.
Единственный на весь район представитель Союза художников вынужден выставлять свои картины на площади в центре поселка. Пушкин рассказал, что в местном Доме культуры ему отказывают в помещении по надуманным причинам:
— Яно і зразумела, хто дасць выстаўляцца Пушкіну, які Лукашэнку тачку гною пад рэзідэнцыю прывёз!
Год назад художник получил ответ на свои претензии на бездействие властей, направленные им в прокуратуру. В полученном из отдела идеологии Миноблисполкома письме сообщается, что проект благоустройства и реконструкции центра поселка Бобр в местном сельсовете и Крупском райисполкоме не получали.
«Завялі моду праводзіць выязныя суды»
Рассказал Алесь Пушкин и о жизни своих земляков:
— Дзе тут людзі працуюць? У сельгаскаператывах, на прыватным дрэваапрацоўчым прадпрыемстве і невялікім асфальта-бетонным заводзіку, на чыгунцы. У Крупках — у жыллёва-камунальнай гаспадарцы. А хто тут працу не знайшоў, то ездзіць у Барысаў за 40 кіламетаў. Туды электрычкі ходзяць, нядаўна дзве маршруткі пусцілі.
По словам художника, соседство с Оршей, имевшей в советские времена печальную известность благодаря криминогенной обстановке, сказывается на Бобре до сих пор:
— Шмат хто з мясцовых па турмах сядзіць. Забойствы нярэдка здараюцца на побытавай глебе. Пенсію атрымаюць, п’юць і сканчваецца ўсё панажоўшчынай. А яшчэ завялі моду праводзіць выязныя суды ў сельсавеце па пазбаўленні бацькоўскіх правоў. Робяць гэта публічна, нават абвесткі вывешваюць.
Потолок зарплат в Бобре — 600 рублей. Алесь Пушкин не удивляется тому, что его земляки спиваются.
Вернувшись к теме своего проекта, художник напомнил, что 2018-й объявлен Годом малой родины. Мол, это хороший повод сделать Бобр лучше. Но особой надежды на это у него нет.
Добро пожаловать в реальность!