Шенгенские визы для белорусов не подешевеют

Денис Мельянцов: Конечно, это не нормально, потому что это — проект. Но обычно в ЕС всё делается заранее, потому что всё нужно согласовать со странами-участниками, различными заинтересованными структурами и лицами, чтобы перед самим саммитом резолюция была готова. Но когда заранее всё готовится, то повышается опасность информационных сливов. Что и произошло. Текст резолюции, разумеется, "сырой", туда ещё будут вноситься различные правки, но он уже стал известен общественности.

Денис Мельянцов: Очень отличаться она может тогда, когда на саммите планируют проводить серьёзные дебаты по поводу подписания каких-то договоров. Как это было во время виленского саммита в 2013 году. Когда до последнего момента не было понятно, подпишет Янукович договор об ассоциации Украины и ЕС. Но и тогда проект резолюции был составлен заранее, страны к саммиту готовились, текст Соглашения об ассоциации с Украиной был готов и известен. Сейчас, за 2 месяца до саммита, отчасти известно, чего от него ждать. К примеру, сейчас у нас переговоры об упрощении визового режима между Беларусью и ЕС в финальной фазе, но пока не известно, будут ли к саммиту сняты все препятствия. Известно, что есть проблема с диппаспортами, и пока не известно, решат ли её. Если решат, то на саммите может быть парафирован договор по визовой фасилитации с Беларусью. С остальными странами тоже всё развивается без интриги. Единственное, ожидали, что с Грузией и Украиной будет решён вопрос безвизового режима, что, возможно, назовут конкретные даты, когда можно будет ехать в ЕС без визы. Но если судить по резолюции, то этого не предвидится. Но не исключено, что к концу мая они не закроют все проблемы и не откроют путь к безвизовому режиму.

Денис Мельянцов: Думаю, что не повлияет. Тем более, что в этой резолюции не отличается представительство — там просто названные страны. И для присутствия там белорусского лидера нет большой необходимости это, скорее, имиджевый шаг для него и дополнительный пиар для Беларуси. И это мог бы быть шаг "доброй воли" со стороны ЕС. Но будет там министр Макей, или президент Лукашенко, никак не будет влиять на содержание и на те пункты, которые должны быть подписаны и утверждены на саммите. Повестка дня понятна, и она вряд ли будет меняться от того, кто там будет представлять Беларусь.

Денис Мельянцов: Это соглашение — не основной бонус для Беларуси от этого саммита. Там основным для нас будет подписание "дорожной карты" по модернизации. Это, скорее всего, будет результат тех диалогов по вопросам модернизации, которые велись на протяжении последних двух лет. А также, как следует из текста, будет утверждено, каким образом ЕС может помочь в этой модернизации. Это основное, чего ожидает белорусская сторона от саммита в Риге. Визовая фасилитацыя — тоже важный вопрос, но пока, судя по тексту резолюции, не удалось уладить все противоречия, которые были во время переговоров. И прежде всего белорусская сторона требовала, чтобы были безвизовые поездки для держателей дипломатических паспортов. Но, как я говорю, и здесь есть небольшая интрига.

Денис Мельянцов: Вряд ли каждый белорус в краткосрочной перспективе испытает на себе какие-то изменения после подписания этой "карты". Но для Беларуси это очень важная вещь. Напомню, белорусское правительство и ЕС последние два года вырабатывали какие-то планы: как ЕС может помочь Беларуси модернизироваться. И в экономическом смысле, и в общественном. Кажется, они определились с приоритетами реформ, и с тем, каким образом ЕС может помочь в этом и финансовыми, и консультативными, и какими-то другими средствами. Это вопрос долгосрочный, но именно это поспособствует развитию страны в перспективе. Что в итоге будет хорошо и для граждан.

Денис Мельянцов: Что в нашу страну продолжатся внешнеполитические визиты и после саммита. Что Беларусь постепенно перестает быть страной-изгнанницей, страной в изоляции. То, что определённые мероприятия Восточного партнёрства, которые раньше в Беларуси не проводились, будут проходить у нас, очень важно. Пусть эта встреча считается неформальной, но она важна для обмена мнениями, планами, неформальными переговорами. Такая встреча министров проходит раз в два года, и то, что очередная встреча пройдёт в Минске означает: это сигнал, что миротворческие шаги Беларуси на международной арене Евросоюзом увидены, зафиксированы и что сейчас ЕС готов идти на определённые шаги по деизоляции Беларуси. Потому что в таких встречах принимают участие и европейские министры, и комиссары, и можно ожидать приезда либо еврокомиссара Хана, либо Магерини, либо её заместителя Хельги Шмидт, которая была здесь.

Денис Мельянцов: То, что следует из резолюции, никакая не трансформация вообще. Специалисты, которые занимаются Восточным партнёрством, уже несколько месяцев обсуждают: "Почему в ЕС не разрабатывается никаких новых подходов к Восточному партнёрству, почему тишина". Обычно, если какая-то инициатива требует пересмотра, то за полгода-год начинаются обсуждения в европейских исследовательских центрах, в чиновничьих коридорах, делаются политические предложения, гуляют бумаги. А теперь царит тишина, из чего делается вывод, что вряд ли принципиальный пересмотр этой инициативы будет происходить. Зато в начале марта ЕС объявил, что он будет трансформировать "Европейскую политику соседства". А это такая рамочная политика, которая касается не только восточных, но и южных соседей ЕС. И "Восточное партнёрств"о входит в эту инициативу. Соответственно, нет смысла заниматься реформой Восточного партнёрства, если инициирована реформа большей структуры.

Ко всему, неформально некоторые европолитики высказывают мнение, что "Восточное партнёрство" не получилось: некоторые страны-партнёры уже в Евразийском союзе, с Украиной вообще непонятно, что будет происходить в ближайшее время. Из этого я делаю вывод, что постепенно "Восточное партнёрство" будет растворено в "Европейской политике соседства". В резолюции прописано, что отношения со странами-партнёрами должны стать более дифференцированными: будет снижаться доля многостороннего сотрудничества и расширяться доля сотрудничества двустороннего. А в таком случае "Восточное партнёрство" как площадка теряет свою важность и вполне возможно развивать двусторонние отношения в рамках "Политики соседства", а не "Восточного партнёрства".

Денис Мельянцов: Двусторонние отношения Беларуси с ЕС — более выгодны и престижны. В рамках "Восточного партнёрства", двухстороннее направление для Беларуси было закрыт из-за санкций и изоляции. А если сейчас ЕС сделает акцент на двусторонних отношениях, то это будет то, чего белорусское правительство давно добивалось.

С другой стороны, широкая площадка "Восточного партнёрства" для представителей как стран-партнёров, так и представителей ЕС была полезна. Можно было в более широком контексте решать определённые вопросы. Безусловно, эта площадка в одночасье не исчезнет, она будет как-то трансформироваться, но эти изменения Минску более выгодны, чем невыгодны.

Денис Мельянцов: Трудно сказать... Как каждая инициатива и проект Евросоюза, она отчасти бессмертна. Потому что определённые политики в неё "вложились". "Восточное партнёрство" — совместный польско-шведский проект, в который вложено много престижа и политиков, и стран, поэтому просто так закрыть его не получится. Думаю, если даже и будет оговоренным нами образом трансформирована эта инициатива, то всё равно какая-то виртуальная площадка для наших стран останется. Может, будет отдельное направление для Беларуси, Украины и Молдовы и отдельное — для Грузии, Армении и Азербайджана.

Денис Мельянцов: Действительно, судя по резолюции, на первый план выходят вопросы "интересов". Но это не означает, что вопрос "ценностей" полностью забывается. Они просто поменялись местами. В прежних резолюциях, к примеру, если посмотрим "Пражскую декларацию" 2009 года, то увидим, что всё "Восточное партнёрство" базируется на единстве ценностей: демократии, свободы слова, верховенстве права и так далее А сейчас мы видим, что первичное — интересы, а вторичное — демократия и ценности. Но оно тоже есть. Это означает, что европейские ценности, политзаключённые и вопрос демократизации Беларуси будут забыты, но это станет не главным. Как раз на фоне событий в Украине и новой "холодной войны" для ЕС более важным становится вопрос безопасности. Тем не менее, вопросы ценностей не забывают — немного меняются приоритеты.