Владимир Дунаев: Кодекс об образовании приходится латать, как лоскутное одеяло

Зачем понадобилось менять Кодекс об образования? Какие главные вызовы стоят сегодня перед беларусским образованием? Об этом Службе информации «ЕвроБеларуси» рассказал член Общественного Болонского комитета Владимир Дунаев.

- Изменения в Кодекс об образовании внесены в декабре 2010 года и вступили в силу с 1 сентября 2011 года. Почему речь опять зашла об изменении Кодекса об образовании?

 

- Существующий Кодекс об образовании абсолютно анахроничен, он не отражает фундаментальные положения образовательного права, которые уже существуют в соседних странах, в той же России. Это Кодекс советского типа, который рассматривает субъекты образовательного процесса не как равноправных партнеров, а строит отношения  по вертикали «начальник-подчиненный». Даже в условиях Беларуси этот Кодекс не отвечает требованиям времени: на его основе невозможно реформирование образовательного процесса ни в рамках Болонского процесса, ни в рамках других образовательных систем.

 

Принципиальный анахронизм и неадекватность существующего Кодекса не позволяет в максимальной степени учесть запросы на модернизацию, реформирование системы образования. Эксперты Общественного Болонского комитета подготовили специальную часть Кодекса – что нужно изменить, реформировать, модернизировать в системе образования.

 

Мы очень хотели бы, чтобы в процесс обсуждения новой редакции Кодекса включились стейкхолдеры: родители, студенты, работодатели, и социальные партнеры образования.

 

- Как вы охарактеризуете нынешнюю систему образования в Беларуси?

 

- О состоянии беларусской системы образования можно судить по результатам последней вступительной кампании. Число мест на первом курсе превышает количество выпускников средней школы! Власти объясняют это демографической ямой, в которой оказалась Беларусь. В этом году на первый курс принимались 80 тысяч абитуриентов, в то время как среднюю школу закончили только 60 тысяч человек! В этом году не удалось заполнить даже плановые места.

 

Действительно, демографическая ситуация сыграла свою роль. Но эти недоборы возникли еще и потому, что треть выпускников, которые пытались поступить, не справились с централизованным тестированием, хотя потолок установлен на смехотворном уровне. Треть выпускников не смогли получить даже двойку с минусом! Это полный провал средней школы.

 

Вместо того, чтобы сохранить 12-летку и развивать ее, власти ввели 11-летку. В мире чуть больше десятка стран, которые практикуют 11-летнее образование. За 11 лет невозможно обучить детей хотя бы на минимально приемлемом уровне.

 

 

В беларусских вузах практически нет студентов старших возрастов (старше 26 лет), которые получают образование заочно. А Министерство образования призывает сокращать заочное образование, мотивируя свое предложение низким качеством образования.

 

Как заполнить недобор студентов на заочном образовании? За счет иностранных студентов и студентов старше 26 лет. В вузах европейских стран студенты старше 26 лет составляют 20% от общего числа студентов, у нас – 13%. Очень медленно развивающийся процесс заочного образования сворачивается под предлогом низкого качества.

 

Уровень образования среди инвалидов в пять раз ниже, чем средний уровень по стране. А это означает, что у нас существует проблема доступа инвалидов к образованию.

 

У нас происходит феминизация образования. Но она однобокая, феминизация происходит за счет самых непрестижных специальностей. Налицо гендерный перекос с пользу мужчины. Беларусская система образования полна проблем, которые не решаются, как в цивилизованных странах, а загоняются в тупик.