Пока старики из Европы путешествуют по миру, белорусские пенсионеры при жизни покупают себе надгробия

Солигорчанке Ирине Петровне недавно исполнилось 67 лет. Людмиле Степановне из Осипович – 70. Обе пожилые женщины на здоровье особо не жалуются, обе вдовы, обе имеют детей и внуков. Обе запасли себе уже надгробные памятники. У одной он стоит в сарае на даче, у другой -  в кладовке в старом небольшом жилом домике. Дата смерти на памятниках, естественно, пока не указана. Друг с другом эти женщины не знакомы.

Ирина Петровна выкупила свое надгробие полгода назад. Обошелся собственный памятник ей в пять с половиной миллионов. Спрашиваю ее, зачем так торопилась с этим приобретением – не боится, что сама себя сглазит? Она говорит, что в приметы особо не верит, за жизнь не слишком цепляется, хотя и смерть не зовет. Но хочется ей, чтобы после смерти все у нее на могиле было по-человечески.

- На моего сына в этом плане надежда малая. Сын под пятой у своей жены, а меня невестка не очень-то привечает. И денег у них вечно нет – постоянно упоминают об этом при наших встречах. Да и знаю я, что реально  зарплат им хватает только-только от получки до получки. На мое погребение им собес деньги даст, если что. А памятник мне поставить сын с невесткой, может, и не соберутся. Дорого для них окажется. Да и не хочу я от них зависеть.

Людмила Степановна уверена, что памятник на могилу ей дочка бы обязательно поставила, даже если бы для этого пришлось залазить в долги. Но не хочет мать обременять дочь такими тратами.

- Двое деток – школьников у нее, с мужем разошлась уже как четыре года – пил, руку на нее поднимал. На детей теперь приходят от него совсем небольшие алименты.

Мой муж больше двух лет назад умер. Внезапно умер, не болел. У нас валютный вклад на его имя в сберкассе лежал. Поставила я мужу памятник с оградкой с этих денег, а с остальных половину отдала дочке, а вторую половину на три части поделила. Внукам на счета положила – до их совершеннолетия хоть какая сумма через проценты набежит, а себе памятник заказала.

Я поинтересовалась, как у нее со здоровьем. Она ответила, что пока еще грех жаловаться. Вот зрение село – пришлось очки заказывать, да, иной раз, когда понервничает, давление скачет.

- А так ничего, ноги не болят – хожу много. Дома, в огороде все делаю. Скучно, правда, без моего Сережи, одиноко.

На вопрос, знает ли она кого-нибудь, кто вот так еще при жизни себе памятник заказывал, моя собеседница сказала, что идея сделать себе загодя надгробие, пришла к ней не сама по себе.

- Это я от своей знакомой в бане услышала, что  ее сестра с мужем памятник себе заказали. Знакомая, правда, возмущалась, что, мол, с ума сошли они – оба еще живее, чем она. А я тогда подумала: неплохо люди сообразили.

Немцы, финны, шведы, англичане, жители многих  стран Европы, Америки в 67-70 лет вовсю катаются по миру, активно отдыхают и развлекаются, нередко еще заводят романы, женятся, разводятся, охотятся, веселятся. В общем, живут полноценной интересной жизнью.

У нас в массе своей пенсионеры всего этого лишены. В самом «социальном государстве» на Земле пожилые мамы и папы уже начали, оказывается, опасаться того, что по-людски обустроить их могилу для работающих детей окажется финансово крайне тяжело. В общем, хорошо живем.