На глубокском предприятии рабочие подрались из-за зарплаты

  

Причина одна — отсутствие денег. Предприятие специализируется на выпуске консервов из овощей и фруктов, а также соков. В августе каждого года здесь набирают сезонных рабочих для переработки зеленого горошка и яблок. Однако, несмотря на тяжелые условия труда, среднемесячная заработная плата сезонного рабочего в этом году недотянула до двух миллионов рублей. Но даже и эти деньги предприятие не в состоянии своевременно выплатить.

Продвижению продукции на российском рынке должно была помочь новое название предприятия, с буквой Ъ. Директор завода разрекламировала его в свое время как очень удачный рекламный ход.

Однако маркетинговый ход не помог. Работники вынуждены каждый день ходить на предприятие в надежде получить свою зарплату, рассказала Еврорадио сезонная рабочая Тамара:

"Наконец вчера я получила деньги за работу на консервном заводе, где сезонно работала с дочерью. Ходила-ходила две недели, не могла никак получить деньги. Каждый день придешь, говорят: приходите завтра, приходите завтра. Пройдет три дня — снова "приходите завтра".

Тамаре все же посчастливилось получить заработанные деньги. Но, по ее словам, привезенных средств хватило только первых четырем работникам.

На предприятии людям приходится работать в три смены, но это никак не отражается на их зарплатах, жалуются работники. Одна из сотрудниц за 14 дней работы получила 1 миллион 200 тысяч, а другая за 20 дней — 1 миллион 600 тысяч рублей. Выходит, 1 день тяжелой сезонной работы стоит 80 тысяч рублей, или менее 9 долларов.

С журналистами сотрудники предприятия говорить отказались. Чтобы получить комментарий насчет выплаты заработной платы, нашему корреспонденту пришлось представиться сезонным рабочим. Вот что отвечают в бухгалтерии предприятия:

"Выплачиваем, вчера деньги были, сегодня уже нет. Выплачиваем по живой очереди, вчера здесь люди дрались, кричали. Звоните после 10.00".

В этом году предприятие обещает со всеми рассчитаться, однако найдет ли оно рабочую силу на следующий сезон, остается вопросом.