Сергей Балыкин: Лукашенко борется с собой

4 июня Лукашенко начал очередную волну борьбы со строительной  коррупцией, 14 июня – продолжил, а на сентябрь назначил подведение итогов.  

"Я специально подчеркиваю проблемы строительной отрасли в Минске. Отсюда все начинается. И Минск нужно встряхнуть так, чтобы больше никому неповадно было работать плохо!", - заявил А.Лукашенко 14 июня на совещании с рабочей группой по проблемным вопросам строительной отрасли.

"Минский горисполком или полностью из коррупционеров сегодня сформирован, которые наверху сидят, и пусть на меня не обижаются, факты этого налицо - первый заместитель в местах не столь отдаленных. И это при таких взятках - $250 тыс.! Деньги немалые. Это тоже о многом говорит", - отметил президент.

"Особое внимание следует уделить уголовным делам о причинении ущерба государственному имуществу должностными лицами. Аналогичное отношение должно быть и к взяточничеству в важнейших сферах жизнедеятельности общества, таких как экономика, государственное управление, медицина, образование и других", - заявил А.Лукашенко, посетив в тот же день Следственный комитет.

Черт побери! Лукашенко без малого 19 лет борется с коррупцией, но эта гидра не только не ослаблена, но процветает. Что же это за борьба такая?

В попытке найти ответы на злободневные вопросы «Белорусский партизан» побеседовал с юристом, экономистом Сергеем Балыкиным, который сам долгое время проработал в строительной сфере.

- Этот вопрос лучше адресовать Александру Григорьевичу – почему он сейчас вспомнил о коррупции в строительстве. Строительство – одна из самых коррупционных отраслей, причем не только в Беларуси, но и во всем мире. Я сам долгое время работал в строительной сфере юристом, экономистом – знаю, что это такое.

На чем сделал свой капитал бывший премьер Италии Берлускони? На строительстве. Это жутко коррумпированная отрасль: есть что украсть, завысить объемы работ, спрятать…

У меня есть несколько вариантов, почему Лукашенко заговорил о коррумпированности строительной отрасли именно сейчас. 

Первый вариант: очередной приступ популизма. Народ устал, строительный вопрос стоит очень остро, народ недоволен. Возможно, Лукашенко захотел сыграть в игру «Победи коррупцию» образца 94-го года и найти стрелочников.

Вариант второй: происходит передел строительного рынка, в результате которого на место одних коррупционеров придут другие. 

Но самый вероятный вариант – симбиоз двух названных причин: Лукашенко стремится на коррупции опять набрать политические очки, а заодно переделить строительный рынок.

- Возможно,  Лукашенко не совсем искренний человек, который борется с коррупцией только виртуально.

Коррупция расцветает тогда, когда не работают механизмы естественной конкуренции. Именно Лукашенко является главным противником рыночной экономики в стране, его стремление контролировать все и вся и порождает коррупцию.

Как народ понимает коррупцию? Это когда чиновник получает незаконное вознаграждение за решение определенного вопроса. В строительстве таких вопросов – вагон и маленькая тележка. Четких критериев, когда чиновник должен говорить «да», а когда «нет», белорусское законодательство не прописывает. Когда выгодно чиновнику – он говорит да, когда выгоды не имеет – отказывает. Именно по этой причине одни фирмы получают проекты, а другим – отказывают.

Каким образом у нас в стране возникает крупный бизнес? Каким образом возникают строительные олигархи? Что такое долевое строительство, которое возникло в начале 90-ых? При долевом строительстве организация, не имеющая серьезных активов, иногда – собственной строительной техники, получает разрешение на застройку земельного участка. Она обносит забором этот участок, собирает с людей деньги, а затем застраивает участок. И получает прибыль! Очень хороший бизнес, и я хочу заниматься таким заниматься, да не дают.

Вячеслав Кебич открыл этот бизнес, а Александр Лукшенко довел его до совершенства – коррупция процветает уже везде, а не только в строительстве.

 

- Стрелочники и чиновники среднего звена. Борцы с коррупцией могут добраться максимально до председателей облисполкомов и Мингорисполком. Редкий министр может оказаться под прицелом борцов с коррупцией. Однако до уровня вице-премьеров, премьера  и президентской администрации борьба с коррупцией явно не доберется.