Светлана Калинкина: Розыгрыш

В пятницу в районе обеда все вокруг нашей редакции вдруг засуетилось-забегало. Одна группа быстрым шагом рассыпалась по разным углам двора 2-й больницы, другая двинула к нам во двор. Человек в кожанке и с ним группа милиционеров опечатали двери, ведущие на запасные лестницы, а с них - на крышу. Одного, молодого, оставили рисковать жизнью под сосульками и на пронизывающем ветру, охраняя неприкосновенность бумажек с печатями.

–– Что-то случилось? –– спросила я у охранника здания.

–– Наверное, какой-нибудь офис обокрали.

–– Да? А я думала это потому, что Лукашенко в театр идет.

–– Ну, если бы в театр, то, наверное, и в наше здание пришли бы. Оно же выше, с нашей крыши виднее...

И все-таки рекогносцировка на местности показала, что все здания вдоль улицы Энгельса и далее –– на мост чуть ли не до «Кристалла» взяты под охрану милиции именно потому, что Александр Григорьевич идет в театр.

А между милиционерами, отдавая команды, бегают люди в штатском.

А за всем этим наблюдают праздно шатающиеся парни с телефонным проводом в ухе.

А еще вдруг ни с того ни с сего у кого-то начинают гавкать рации.

–– Странно... Купаловский –– прямо под окнами президентской резиденции. Лукашенко, можно сказать, на крыльцо резиденции выйти собрался, и такой шухер устроили. С чего вдруг? Может, он на работу уже давно не ездит. Может, они давно пустой кортеж по городу гоняют, создавая видимость, –– предположила наша журналистка Любовь Лунева.

И как-то очень логично предположила. Просто язык не поворачивается возмутиться : «Не может такого быть!».

В нашей стране –– очень даже может. Потому что мастерство мистификации у нас оттачивали не только 1 апреля. И не на собаках.