В Беларуси все церкви равны, но некоторые – равнее

Со своим фасадом цвета сливочного масла и ярко-красной крышей собор Святых Петра и Павла (или «желтая церковь») излучает непривычное спокойствие рядом со стремительным движением на близлежащей столичной магистрали и устремленными ввысь серыми жилыми многоэтажками-«муравейниками». Многие в этом городе на 1,8 миллиона душ воспринимают собор как нерушимый островок спокойствия, однако его история говорит об ином. Возведенный в 1613 году, он не просуществовал и ста лет, как его разграбили казаки. Во время русско-французской войны 1812 года храм использовался как лазарет, церковное имущество вновь было разграблено. В 1871 году собор пережил широкомасштабную реконструкцию.

Сейчас, на пятничной вечерней службе, священник обходит церковь и, размахивая кадилом, окуривает ладаном стоящих прихожан. В 30-е годы прошлого века, когда большевики ликвидировали церковь и превратили помещение в рыбный склад, из алтаря доносился совсем другой запах. В этот период истории Минска храмы использовали в качестве спортивных залов, кинотеатров, рынков, даже тюрьмы. Теперь  у православной церкви гораздо более теплые отношения с правящим режимом.

Протестантская церковь «Новая жизнь» благополучно избежала воздействия советских методов «с душком», но ситуация, в которой она оказалась сейчас, имеет вполне определенный сельскохозяйственный аромат. 

В 2002 году прихожане купили просторную сельскохозяйственную постройку на окраине Минска, надеясь превратить ее в место отправления культа для более 1500 верующих. Так и произошло, церковь открылась в переоборудованном здании. Однако городские власти, никогда не упускавшие возможности воспрепятствовать мирному собранию граждан, заявили через некоторое время, что занятая «Новой жизнью» постройка – не что иное, как коровник, и ее следует использовать по данному назначению. Те факты, что здание уже давно не использовалось для целей животноводства, а сейчас вообще находится в жилой зоне, что исключает возвращение к прежней «специализации», не приняли во внимание. В течение последних десяти лет власти настойчиво пытаются выселить общину, завлекая церковь в карусель фальшиво-правового преследования и путаницы: издано множество жестких постановлений, присуждались штрафы на сотни тысяч долларов и даже тюремные приговоры. 

Юрист Сергей Луканин представлял сторону церкви в тридцати трех тяжбах, и все они были проиграны. Но члены общины проявляют невероятное упорство, сопротивляясь попыткам закрыть и разорить их, и на поклон властям не идут. Когда церковь была на волоске от конфискации, некоторые прихожане даже объявили голодовку. 

Описание этой эпопеи в СМИ привлекло внимание и поддержку иностранных государств. «Наверное, благодаря широкой кампании в СМИ правительство сдерживает критику в отношении нас», - говорит Сергей Луканин. - «Нам очень помогли наши сторонники в Беларуси и за рубежом. Чтобы выразить солидарность, на двадцать четвертый день голодовки в церковь приехали послы из десяти разных стран на десяти разных машинах. После этого правительство дало согласие на три года приостановить попытки нас выселить. Конечно, затем обвинения будут возобновлены».

Эта история отражает неоднозначное отношение государства к протестантизму в Беларуси. «В некоторых школьных учебниках католицизм и православие называют «религиями», а протестантизм относят к сектам», - поясняет Луканин.

Бывает, верующие протестанты подвергаются и воздействию «ведомственной» дискриминации – несколько преподавателей и работников милиции лишились должностей из-за своих религиозных убеждений. 

А в машине таксиста, который нас везет, разместилась целая «коллекция» православных символов и святых вкупе с подпрыгивающими мягкими игрушками, что висят на зеркале заднего вида.

На воскресной утренней службе в церкви «в коровнике» радостные прихожане поют и танцуют, подняв руки под аккомпанемент электрогитар и саксофона. Сложно представить, какую угрозу «устоям» смогли разглядеть тут местные власти.

Впрочем, совсем недавно президент Александр Лукашенко уволил своих генералов за то, что они не защитили Беларусь от «бомбардировки» плюшевыми мишками с неба. Слово «угроза» получило новое значение.

В голодовке прихожан «Новой жизни» 2006 года участвовал философ и политический обозреватель Владимир Мацкевич. «Целью было не только спасти церковь, но и повысить осведомленность общества о нарушении религиозных свобод в Беларуси», - говорит он. - «На протяжении 23 дней мы ничего не ели и пили только воду. Чтобы предотвратить какие-либо обвинения в обмане, мы постоянно находились под наблюдением доктора». На вид Владимиру где-то под семьдесят. Как он выдержал? Он улыбается и указывает наверх. «Было несколько очень мучительных дней, но атмосфера коллективного испытания и надежды давала нам силы. Множество людей приходило навестить и поддержать нас, в том числе, католики и православные. Едва ли когда-либо в Беларуси было такое единство! В Великобритании королева – глава англиканской церкви, но это не означает, что нельзя практиковать другие культы. А в Беларуси это просто невозможно. Православная церковь и государство очень сильно связаны. Кто-то называет это симбиозом, я называю это симфонией. Ключ к прогрессу – в их разделении».

Давление белорусских властей в отношении «нетрадиционных» культов иногда принимает более жесткие формы. Христианский активист Андрей Ким рассказывает о настоящем погроме в доме Антония Бокуна, пастора церкви христиан веры евангельской «Иоанн Предтеча»: «Спецназовцы в масках, размахивая дубинками, ворвались  через окно и приказали всем, включая детей, стать лицом к стене». Так милиция отреагировала на сигнал о «тайной нарколаборатории» в доме пастора. Не обнаружив ничего противозаконного, спецназ удалился, однако ни официальных извинений, ни даже объяснений не последовало. Еще один пастор Андрея, Ярослав Лукасик, был депортирован в 2007 году по причине «деятельности, нацеленной на подрыв национальной безопасности Республики Беларусь в сфере межконфессиональных отношений». 

Андрей Ким продолжает: «Протестантизм – все еще маленькое движение в Беларуси, но мы остаемся полностью независимыми от государства. Это пугает власти. После выборов 2010 года многие из моих друзей, православных и католиков, были очень подавлены тем, что их священники не осудили сфальсифицированные выборы и заключение оппозиционеров в тюрьму. Наши пасторы публично критиковали эти действия. А это опасно, КГБ ведет наблюдение за всеми церквями Беларуси. Один раз мы поймали агента в нашей церкви – его было очень легко вычислить». 

Андрей - бывший политический заключенный. В тюрьме у него было много времени на чтение литературы, перечитал он и реалистичную фантастику Оруэла. Согласитесь, звучит актуально: «В Беларуси все церкви равны, но некоторые - равнее».