Эксперт: Иметь мысли в Беларуси можно, но не дай Бог тебе их высказать

Между тем, эта свобода пересекается со многими другими свободами, которые, как правило, воспринимаются отдельно от свободы слова. 

В ежегодном рейтинге свободы слова, публикуемом международной правозащитной организацией "Репортеры без границ", наша страна поднялась на 11 пунктов. Беларусь заняла 157 из 179 мест в рейтинге, расположившись между Азербайджаном и Египтом. Кроме рейтинга, "Репортеры без границ" опубликовали также традиционную карту по ситуации со свободой слова в мире. Беларусь на ней выбралась из "черной зоны", где ситуация "очень серьезная" (то есть совсем никуда не годится), оставшись в "красной", где ситуация "сложная", (но не критичная).

Некоторые аналитики и журналисты даже обиделись на "Репортеров" за такой анализ. Дескать, в Беларуси с прошлых лет ничего не поменялось, а мы вышли из "черной зоны".

Но обижаться здесь не стоит. Эта подвижка произошла, скорее всего, потому, что это не у нас стало "хорошо". Это "у них" стало гораздо хуже. Например, соседняя с Беларусью Украина в опубликованном отчете ухудшила свои позиции и спустилась на 126 место (в прошлом году она была на 116 позиции). Упали ниже Беларуси те страны, которые находились выше – в первую очередь, Казахстан, Узбекистан, Саудовская Аравия, Туркменистан, Пакистан, Джибуту (последние две страны обрушились в рейтинге на8 пунктов каждая) и Сомали (крах аж на 11 пунктов).

Между тем, в других, "смежных" сферах ситуация у нас остается более напряженной. Как говорит руководитель юридической комиссии правозащитного общественного объединения "Белорусский Хельсинкский комитет" Гарри Погоняйло, свобода слова неразрывно связана со свободой мнений и свободой высказываний. А вот с этим в Беларуси очень сложно. "Иметь мысли можно, но не дай Бог тебе их высказать, особенно такие, которые не совпадают с "генеральной линией партии". Надо держать рот на замке, иначе можешь получить непредвиденные последствия", - говорит эксперт.

Собственно, именно на укоренение единомыслия работает вся идеологическая вертикаль и пропаганда государственных СМИ.

Свобода мнений и свобода высказываний ограничена как на законодательном, так и на негласном административном уровне, считает Погоняйло. Во-первых, что такое свобода собраний и митингов? Это та же самая свобода высказывания. "Если мы собираемся на митинг, значит, там будут выступающие, которые хотят поделиться проблемами, задать вопросы власти, покритиковать ее, и, возможно, получить ответы. Так что свобода высказываний и свобода мнений неразрывно связана с правом на свободу собраний. А наше законодательство таково, что существенно ограничивает свободу собраний, мирных шествий, пикетирования", - говорит правозащитник.

То же самое, по его словам, происходит и в сфере права на свободу ассоциаций. Один пример микашевичского предприятия "Гранит", где рабочие все-таки добились создания де-факто независимого профсоюза, чего стоит. Независимый профсоюз  был создан ценой "большой крови": некоторых активистов уволили, и до сих пор нигде не берут на работу.

Есть и более изощренные формы запрета на свободу высказывания. Например, "черные списки" запрещенных групп и музыкантов. "Де-факто, это тоже свобода высказывания через творчество. Официально таких списков в стране нет, но музыкантам не дают выступать, срывают концерты", - говорит Погоняйло. То же самое с "неправильными" художниками, или "неправильными" писателями. За примерами далеко ходить не надо, стоит вспомнить только срыв презентации книги Владимира Некляева "Автомат с газировкой и без" во время минской книжной ярмарки.

Даже бывший руководитель Беларуси Станислав Шушкевич свою автобиографию был вынужден выпустить в российском издательстве – ни одно белорусское на это не решилось.

С другой стороны, многие говорят о свободе слова, свободе мнений и свободе высказывания в интернете. Дескать, пиши там, что хочешь, - вот тебе и свобода высказывания. Никто не сможет запретить тебе высказаться там, где аудитория у тебя побольше, чем тираж независимой прессы, и к тому же – безгранично международная.

Гарри Петрович смеется: неужели никого ничему не научило дело гродненского журналиста Андрея Почобута, который уже второй раз обвиняется в клевете на президента, именно за публикации в интернете? Да, официально интернет в Беларуси не является СМИ, но это, в случае возможного уголовного преследования, никого не остановит.

Можно вспомнить также и давление на модераторов различных "антигосударственных" групп в социальных сетях, которым угрожали уголовными делами, и активистов кампании "Революция через социальные сети".

И не надо думать, что репрессии и подавление свободы высказываний в интернете началось вчера или вот только-только. Первое уголовное дело за размещение в интернете мультфильмов с персонажем, похожим на Александра Лукашенко, было заведено в 2005 году в отношении трех человек - Олега Минича, Павла Морозова и Андрея Обозова. Тогда они успели избежать ареста, и сейчас все находятся в эмиграции.

Между тем, говорить о том, что ситуация в Беларуси со свободой высказываний совсем уж безнадежная, нельзя. Все-таки в стране худо-бедно, но существуют негосударственные СМИ. У нас нет "великого китайского файервола", хотя регулярно предпринимаются попытки его создать. Есть митинги и шествия, запретить которые власти не решаются: День Воли, "Чарнобыльскі Шлях", "Дзяды". Есть независимые профсоюзы, созданные "до Лукашенко", и демократические негосударственные партии и организации, созданные тогда же.

Другое дело, что всего этого недостаточно. "В любом демократическом обществе право на свободу высказывания не надо защищать – это само собой разумеющееся право, данное нам от Бога. Никто не вправе претендовать на монополию своего мнения перед остальными и на навязывание одного понимания одних процессов, происходящих в обществе. Никто не вправе запрещать творчество, персональные высказывания, выражение своих настроений и мысли. Вот за это мы боремся и будем бороться до конца", - отмечает Погоняйло.