«Пока я пила 10 лет, мой ребенок был в детском доме»

Татьяна смогла остановиться и вернуть себе сына. Но теперь над ней висит долг в 37 миллионов рублей за квартиру.

- Как с таким долгом начать новую жизнь, растить сына, а ведь он уже подросток? - казалось бы, у Татьяны Мардас только сейчас появился шанс начать все сначала. И этот шанс снова висит на волоске.

В 42 года на успешную женщину, директора магазина, мать двоих детей свалилось страшное горе, которое ее сломало.

- У меня на руках умерла 21-летняя дочка, - даже спустя годы Татьяна рассказывает об этом, глотая слезы. - Три дня промучилась, язва, заражение крови…

Наверное, только тот, кто пережил подобное несчастье, может представить, что творилось с Татьяной в те дни. Даже маленький сын, которому еще не исполнилось пяти лет, не остановил убитую горем мать.

- Вы стали пить?

- Пить - это мягко сказано. Я начала бухать. Если посмотреть назад, оглянуться, не представляю, как я смогла остановиться. Теперь я знаю, что Бог есть на свете.

«Сына забрали, когда ему не было семи лет»

Тогда, в 2001 году, до остановки было очень далеко. Татьяна катилась на самое дно очень быстро - потеряла работу, перестала заниматься ребенком.

- Когда ты пьешь, это так засасывает, эта гадость. Передать невозможно. Это как жизнь вверх тормашками. Когда я сейчас вижу пьяную женщину, никогда ее не осуждаю. Но всегда думаю, что у нее случилось в жизни и почему не оказался рядом человек, который бы ее остановил.

За два года Татьяна опустилась так, что в 2003 году, когда сыну Никите не было и семи лет, его забрали в детский дом, а Татьяну и ее мужа лишили родительских прав.

- Меня никто не смог остановить, хотя многие надеялись, что я образумлюсь. Тогда я перестала общаться со знакомыми, мне было стыдно. А пила я исключительно в одиночестве, никаких компаний пьяных, собутыльников у меня не было.

Татьяна даже не явилась в суд, когда ее лишали родительских прав.

- Вы потеряли дочь, потом сына. Неужели вторая потеря вас не отрезвила?

- Наверное, я так уже отпила мозги, что ничего не чувствовала. Но когда трезвела, муки совести, что мой ребенок в детском доме, меня мучили страшно.

В такие минуты просветления Татьяна приходила в детский дом. Все эти годы она умудрялась не только навещать ребенка, но и покупать ему книжки, игрушки. Пыталась даже бросить пить, чтобы восстановиться в родительских правах. Но после подобной попытки следовал срыв, и все шло по-прежнему.

- Как вы объясняли сыну, почему он в детском доме живет?

- Он прекрасно знал, почему. И всегда надеялся, что я заберу его.

«Из квартиры нас выселили»

Но в 2007 году Татьяну с мужем суд выселил из двухкомнатной квартиры за неуплату коммуналки. Супруги перебрались в однокомнатную квартиру, в которой живут до сих пор.

А спустя два года решение суда было изменено. Само выселение осталось в силе, изменилась его причина. На этот раз супругов Мардас выселили как лишенных родительских прав. Казалось бы, какая разница. На самом деле довольно существенная. Именно так закон защищал интересы их сына - пока мальчик находится в детском доме, за ним закрепляется его жилье, та самая двухкомнатная квартира, из которой выселили его бывших родителей. По декрету №18 из детского дома Никита должен был вернуться ту квартиру, из которой его забирали. Кстати, в тот самый момент, как государство перестает содержать сироту, в квартиру могут вернуться и обязанные лица (так по закону называют лишенных родительских прав, которые должны выплачивать в бюджет страны средства, которые государство тратить на их ребенка).

В том решении суда был еще один пункт - ЖРЭО должно было сдавать квартиру в аренду, а полученные средства направлять в детский дом, таким образом погашая задолженность горе-родителей. Этот пункт выполнен не был.

«Бросила пить в один день»

К тому времени Никита жил в детских дома (а мальчик сменил два детских дома) уже шесть лет. И, наконец, Татьяна попыталась остановиться.

- Как вы смогли бросить пить? Кодировались? Лечились?

- Нет. Просто в один день я оглянулась назад на всю свою жизнь и раз и навсегда решила: больше этого не будет! Я убеждена, что любой человек может бросить пить без всякого лечения. Главное - захотеть.

- Не боитесь снова сорваться?

- Нет. Совершенно не боюсь.

С 2009 года женщина не выпила ни грамма спиртного, погасила ту самую задолженность по квартире, из-за которой ее выселили, развелась с мужем, который продолжает пить. И решила во чтобы то ни стало вернуть сына.

- Поняла, что если сейчас не восстановлюсь в родительских правах, общий язык с сыном уже не найду. Ему 16 лет. Возраст, сами понимаете, непростой. Я устроилась на две работы, чтобы погасить долг за детский дом. Сумма к тому моменту набежала большая - 8 миллионов с хвостиком.

На самом деле большую часть этой задолженности могли списать, если бы суд принял решение о восстановлении Татьяны в родительских правах.

- Но я этого не хотела, хотя понимала, что тогда смогла бы забрать Никиту раньше. Я не хотела слышать упреков: мол, возвращает ребенка, только чтобы не платить. А такие разговоры я слышала. Я сама наделала беды и сама должна из нее выбираться. И пока я не заработала 8 миллионов, документы не подавала.

В октябре 2011 года суд восстановил Татьяну в родительских правах, а Никиту, говоря юридическим языком, вернул в биологическую семью.

- Сейчас у нас очень хорошие, откровенные отношения с сыном. Мы можем говорить на любые темы. Его эта ситуация, конечно, закалила раньше времени, к сожалению, - женщина не может не чувствовать свою вину перед сыном. - Сейчас собирается в техникум поступать.

К сожалению, проблемы Татьяны на этом не закончились. Уже после суда она выяснила, что на той квартире, из которых ее в свое время выселили и куда она собиралась вернуться вместе с сыном, висит колоссальный долг.

- 37 миллионов с хвостиком. Это 5 миллионов самого долга и 22 миллиона пени. Как мне эту сумму погасить. На пять работ устроиться? Как парня на ноги ставить?

ВЗГЛЯД С 6-ГО ЭТАЖА

Признаюсь честно, когда вижу опустившуюся женщину, явно злоупотребляющую алкоголем, испытываю чувство брезгливости. У женщин алкоголизм проявляется особенно ярко.

Но познакомившись с Татьяной, услышав ее историю, поняла, что даже из такой страшной ямы можно выбраться. Сама же Татьяна призналась мне, что если бы тогда, больше десяти лет назад, когда она потеряла дочь, нашелся бы какой-то специалист, психолог, который помог бы ей справиться с горем, этих страшных для нее и ее сына лет не было бы.

Мы готовы осуждать и обсуждать оступившихся людей, твердить: «со мной такое бы никогда не случилось бы». Но только человек, прошедший через такое падение и сумевший подняться и начать жизнь заново, имеет право на подобные оценки. Но именно Татьяна этого не делает. А мечтает… взять ребенка из детского дома. Она уже и с сыном это обсудила.