Под видом "приватизации" хотят сохранить колхозно-крепостную систему

Александр Лукашенко в поездке по Минской области заявил, что считает возможной приватизацию сельхозпредприятий.

Об этом он заявил, посещая Червенский район Минской области. "Если у него будет 10 тыс. га, он никаким бизнесом больше не будет заниматься при нынешних рынках, логистике", - говорит президент.

Александр Лукашенко сообщил, что в связи с открытием рынков России и Казахстана появился «вал желающих» заполучить хозяйство в Беларуси. По словам президента, он сдержанно относится к новым инвесторов, но "тем людям, которые у нас уже начали работать, себя показали, и это наши люди, нужно предложить расширяться".

Приватизация в сельском хозяйстве в воображении белорусского президента выглядит так: "Спокойно, никого не напрягая, у крестьян участки не отбираем, зарплата у них в три раза повышается".

Возможна ли приватизация в том виде, который обрисовал президент Лукашенко?

Экономист Леонид Злотников: "Это неожиданная новость. Что значит "приватизировать"? У нас земля сельскохозяйственного назначения - самое главное средство производства - не приватизируется. Значит, речь идет о приватизации имущества сельскохозяйственных предприятий, имеются в виду кооперативы. Могут быть различные формы приватизации. Есть такие хозяйства, где имущество могут выкупить работники. А вот если фермер приватизирует хозяйство, то у нас было что-то такое не очень юридически оформленное, если фермеры брали отстающие кооперативы. Потом от них требовали, чтобы они выплатили все задолженности. Наверное, что-то такое и сейчас намечается, так как сельское хозяйство уже сильно убыточна. Надо работать полтора года, чтобы вернуть то, что задолжали эти хозяйства. И вот, наверное, самые "лежачие" из них президент хотел бы передать, чтобы фермеры их подняли. Но как это "приватизировать", если земля не приватизируется, трудно ответить. А куда эти работники из деревень денутся, если они фермеру не будут нужны? Это какая-то нерешенная дело до сегодняшнего дня".

Андрей Юрков, работник сельского хозяйства: "Такие крупные хозяйства имеют смысл в России и Казахстане, поскольку там степи. Там можно широкозахватный, крупной техникой эти пространства обрабатывать. К тому же хозяйство более-менее управляемая к определенной численности рабочих. В Казахстане и России 100 человек смогут обработать и 7, и 10 тысяч гектаров. А у нас это нереально.У нас другие климатические условия. И логика нашего руководства в другом: сохранить колхозную систему, фактически крепостную, не допустить частника и конкурента в сельское хозяйство. Частное хозяйство на 7-10 тысяч гектаров потребует интенсификации труда, останется мало людей, будет расти производство. А остальные будут вынуждены уходить из села, уезжать в города или в Россию.

Такие намерения абсолютно не отражают интересов простого крестьянина и сельчанина. А отражают интересы только правящей вертикали, которой, безусловно, будет проще управлять крупными хозяйствами. Фактически это интересы крупного бизнеса, "латифундистов". Если в черноземной зоне "латифундии" могут создаваться естественным путем, то у нас только из-под палки их будут создавать. Поэтому количество частников не будет расти, и соответственно не будет расти количество людей, заинтересованных в переменах. Они все логично делают, исходя из своих интересов".