Говорите по-белорусски!

Белорусскоязычный формат книги или газеты уже сам по себе позволяет выстроить некую иную, белоруссоцентричную картину мира, позволяет легитимировать проявления якобы провинциальности в качестве, если хотите, "культурных особенностей"

Проблемы белорусского языка у нас принято обсуждать по-белорусски, что понятно, но всё-таки в корне не правильно. Белорусскоязычное сообщество или большинство по крайней мере читающих на белорусском людей – не те, с кем следует дискутировать по поводу ценности белорусского языка.

Белорусы – нация сегодня в основном русскоязычная. Стыдливая лукашенковская мотивировка этого критики никакой не выдерживает: русский язык давно перестал быть языком передовой науки, языком современной литературы – всё это случилось даже раньше, чем он перестал быть языком второй в мире сверхдержавы. Показушным "прагматикам" давно пора переходить тогда уже на английский.

Русскоязычность белорусов – результат целенаправленной и недружественной государственной политики, которая длилась два с половиной столетия, которая с введением общего начального русскоязычного образования и с распространением эфирных СМИ одержала решающую (но не окончательную) победу, и которая по совершенно анекдотически абсурдной инерции продолжается по сей день.

При этом надо отдавать себе отчёт, что даже став частью русскоязычного пространства, Беларусь может в нём претендовать только на роль в лучшем случае второстепенную. Русскоязычная культурная продукция из Беларуси априори вторична и априори навеки обречена подражать российскому эталону, вечно плыть в его фарватере, догонять его и никогда не догнать – подобно тому, как речевой аппарат большинства городских белорусов так и не научился произносить литературное русское "ч", выговаривая вместо него какое-то изнасилованное гипертрофированно мягкое "щ". Русскоязычный белорус априори был и будет провинциалом, клиентом и потребителем культуры метрополии – России или производителем культурной продукции, подражающей российской – которая сегодня и сама по себе грешит вторичностью по отношению к Западу.

На этом фоне белорусскоязычный формат книги или газеты уже одним своим явлением, уже сам по себе позволяет выстроить некую иную, белоруссоцентричную картину мира, позволяет легитимировать проявления якобы провинциальности в качестве, если хотите, "культурных особенностей" и создать психологические предпосылки для хотя бы мысления вне российских категорий и тем более для выражения чего-то своего собственного. В духе главной белорусской проблемы конца XX века – лучше ли жить в собственном доме, чем в коридоре у соседа. Или извечного вопроса – "тварь" ли "дрожащая" или "право имею", на который все ти десятилетия без тени сомнения на автомате был готов наш самодовольный и прагматичный типично белорусский ответ: "чё я, рыжий что ли? Конечно же тварь!"

Чтобы быть культурно самостоятельными и не обладать национальным языком, надо иметь совсем недавнюю собственную историю как культурной метрополии, как Австрия, или наоборот историю вооружённой борьбы за свои права, как Ирландия, или хотя бы находиться на отдельном континенте на противоположном конце планеты, как Австралия.

Так что ценность собственного языка – именно что не в его "технических характеристиках", не в мнимом благозвучии и в случае с белорусским языком даже не в его морфологической уникальности, с антиисторическими "дзеканьем", которое есть только в польском, и "аканьем", которого среди окрестных языков больше нет вообще нигде. Оно и не в том, сколько на нём было написано и издано литературы (тем более, что поддерживать белорусский язык, ради этого забывая язык русский и не уча тот же английский – вы же не всерьёз думаете, что это кто-то предлагает?)

Прелесть белорусского языка в том, что это что-то исключительно своё, такое, какого больше ни у кого нет. Иметь свой язык и пользоваться им – это значит, что нам есть, что этому миру предъявить, у нас есть, чем выделиться среди других и есть чем заявить о себе, хотя бы на уровне символа. Это полезные вещи, которым белорусам надо учиться.

Отрицательная селекция в течении многих веков привела именно к тому, что мы, белорусы, меньше своих соседей любим выделяться на фоне местности и забивать голову чем-то более возвышенным, чем поиск пропитания. Но именно это и есть те качества, преодоления которых требует далеко не только интересы сохранения белорусского языка. Скорее наоборот, белорусский язык как раз способен в этом преодолении помочь. Говорите на нём, пользуйтесь им.