Оперуполномоченный по правам человека? Это по-нашему!

В независимой Беларуси полным ходом идет строительство демократического общества, правда только в виртуальном пространстве. Там у нас уже есть как бы парламент, что-то вроде судебной системы, нечто похожее на правоохранительные органы и вот-вот может появиться еще одна фигура того же ряда – уполномоченный по правам человека.

В этом нет ничего удивительного. Если учесть, что в нашей стране успешно осуществлен лозунг: «Все для человека, все во имя человека!» и мы хорошо знаем имя этого человека, то и должность уполномоченного по его правам видится совершенно логичной.

Теперь, кроме суда, прокуратуры, КГБ, МВД, Следственного комитета еще и оперуполномоченный на нашу голову!

Думаете это шутка? Ничуть не бывало. В нашей стране все государственное управление подчинено единой цели – пожизненная власть Александра Лукашенко. Другие проблемы и задачи, которые решаются в стране, это лишь сопутствующие товары, не более.

Как могло произойти, что не самый образованный и интеллектуально развитый человек вдруг сумел стать правителем целого государства и удерживать власть более 18 лет? Все очень просто. В 1994 году голосовали не за Лукашенко, а против Кебича и власти коммунистов. Возвели на престол очень даже народного президента и передали ему всю полноту власти.

Что это был за механизм? А та же самая советская система с его чиновничьим аппаратом, старыми законами и принципами, которые должны были обслуживать руководство республиканского уровня. Заметьте, не всесоюзного!

Вот в эти-то условия и попал первый президент Беларуси. Именно там, в недрах партийно-советской управленческой кухни и переплавлялось сознание человека, не имевшего опыта руководителя высокого ранга и проскочившего все ступени карьерного роста.

Такие метаморфозы случаются только с актерами: вчера роль скромного директора совхоза, сегодня – Президента европейской страны! Здесь ключевое слово – роль. Вот этот нескончаемый спектакль театра одного актера мы с вами и наблюдаем.

Как такое могло произойти? Здесь целый набор случайностей, особенностей и глупостей! Уровень мышления местной элиты: и коммунистической, и зарождающейся национально-демократической, был ограничен рамками всегдашней подчиненности и зависимости от центра. Вот и попытались белорусские демократы в 1991 году, когда коммунистический режим в СССР рухнул, убежать подальше от Москвы, видя в этом главную цель. То, что при этом сохранилась в республике советская власть, никого особенно не беспокоило.

Получившая независимость республика, подобно революционному паровозу, летела прямой дорогой к свободе, демократии и цивилизации, не замечая, как старые стрелочники раз за разом передвигают стрелки. Прямая стала кругом. Поменяли флаг, герб, форму милиционеров, названия улиц, но не изменили главного – общественного устройства.

Парламент как был, так и остался коммунистическим, равно как и Совмин, и подчиненные ему исполкомы всех уровней. Группка революционеров праздновала победу под бел-червоно-белым стягом, а совминовские секретарши уже знали – ничего не изменится. Почему тогда почти всесильные демократы не провели выборы в Парламент, когда коммуняки попрятались по углам, боясь наказаний?

Здесь, на мой взгляд, свою отрицательную роль сыграл национальный вопрос. Зенон Позняк спал и видел, что Беларусь стала Чехией, Польшей или, на худой конец, Литвой стремительно бегущей под сень Евросоюза, подальше от Москвы. Однако, там советско-коммунистическую власть разрушили до основания, а уж потом устремились к свободе и демократии.

Беларусь бежала стреноженная и отягощенная всем грузом старой общественно-экономической формации, сохранившей и свою идеологию, и соответствующую экономику, и управленческий аппарат, в котором остались практически все чиновники-коммунисты.

Парламент, который должен был стать двигателем перемен, остался прежним, советско-номенклатурным, а влияние БНФ в одночасье исчезло, когда чиновники-депутаты поняли, что им ничего не угрожает, что фронт направлен не против них, а против России.

Это была стратегическая ошибка, которая привела к тому состоянию гражданского общества, которое мы имеем сегодня. Отсюда полное неверие народа в демократию, апатия этноса державшего в руках победу и бездарно ее упустившего. Страна, пройдя перестройку, не стала свободной и демократической, а вновь вернулась в застой. Только генсек у нас нынче другой, а так, все те же декорации всенародной любви, счастливой и радостной жизни… Вот и до уполномоченного по правам человека дожили.