Размышления о «правильной» Беларуси

Люблю разглядывать рекламные щиты. Особенно, с «социальной» рекламой. Возникает такое чувство, как будто бы я попал на экскурсию в произведение Льюиса Кэрролла «Алиса в стране чудес». А может быть, я и в самом деле нахожусь в какой-то «другой» стране или другой реальности?

Так уж повелось, что на географических просторах не только Республики Беларусь, но и всего постсоциалистического пространства отношение к правоохранительным органам со стороны рядовых граждан можно определить как крайне неоднозначное. В отличие от врачей или пожарных, род занятий коих всегда пользовался уважением, такие наименования представителей правопорядка, как «мусор», «легавый», «мент» и т.д. известны любому и каждому ещё едва ли не со школьной скамьи. Однако, в свете последних лет, к ним также добавились и представители других профессий. Но, давайте по существу…

Милиция нас бережет… Охраняет или стережет?

В последние годы в Бресте появилось большое количество билбордов с изображением «стражей порядка» и слоганами в лучших традициях Советского Союза.

Глядя на это ноу-хау городского пейзажа, поневоле начинаешь задаваться вопросами: кто и что хочет этим сказать? Более того: кому и зачем это нужно? Ведь основная функция социальной рекламы заключается именно в преодолении неких проблемных состояний или тенденций глобальной или локальной значимости. Если в обществе, к примеру, существует актуальная проблема (детей-сирот, бездомных животных, ВИЧ-инфекции и т.д.), то она должна решаться путем взаимодействия власти и гражданского общества. В том числе, и через социальную рекламу как эффективного проводника общей гражданской идеи по преодолению негативной ситуации непосредственно к каждой конкретной личности.

Возникает закономерный вопрос: причем здесь милиция? Неужто проблема отношений между рядовыми гражданами и людьми в форме цвета «асфальта» и впрямь настолько актуальна в белорусском обществе? Если верить государственной «точке зрения», то её нет. Однако, чем же тогда вызван тот профессионально-рекламный «ажиотаж» в тематике брестских билбордов, кои претендуют на категорию «социальных»? Причем практически на каждом щите из этой «обоймы» значится, что «информация изготовлена и размещена при поддержке официального информационного партнера Министерства внутренних дел Республики Беларусь». Интересно, кто этот таинственный «официальный информационный партнер»?

Откуда «дровишки»?

Другой, не менее странной, категорией в тематике «социальной» рекламы Бреста может по праву считаться реклама государственных СМИ. Никогда не встречали различные вариации слоганов «Мы – первые! Главные новости на первом!» (первый национальный телеканал) или «Мы пишем историю сегодняшней Беларуси!» (газета «Беларусь Сегодня»)? Возникает вопрос: а с чего это автор взял, что сие относится к категории социальной рекламы? Может, она оплачена в установленном порядке и по установленной таксе?

Нет, уважаемые. Не скажу за всю страну, но в нашем городе один из моих давнишних знакомых как-то имел бизнес, напрямую связанный с «широкоформатной» рекламой, т.е. билбордами. Так вот, имея в своем распоряжении порядка десяти этих самых рекламных щитов, время от времени у него возникали затруднения с рекламодателями. И на помощь ему пришел идеологический отдел Брестского горисполкома.

Дело в том, что размещение рекламы на одном билборде в среднем стоит весьма недешево – около $400 в месяц. При этом предпринимателю содержание «щита» обходится примерно в $115 – независимо от того, есть на нем реклама или нет. Однако, как выяснилось, если на щите висит социальная реклама (в нашем случае это «Мы – первые!» и т.д.), то владелец билборда хоть и не получает прибыли, но и не оплачивает городу ставку, которую вынужден был бы выкладывать, если бы щит пустовал. Каково? Таким вот образом «все остались довольны».

И кстати, если они и в самом деле «первые», то зачем же тогда им понадобилась эта самая реклама? Тем более, больше напоминающая «социальную» (читай – «гуманитарную») помощь.

«В СССР секса нет!»

Но, на мой взгляд, самой интересной темой «социальной» рекламы являются серии «Мы – Белорусы!», «За Беларусь!» и т.д. Здесь, остановлюсь подробней.

Вы когда-нибудь обращали внимание на иллюстрационных персонажей данных реклам? Да, это именно они – ветераны в орденских планках, молодожены, резво шагающие «в будущее», адепты БРСМ, первоклашки, тянущие руки для ответа на идеологически «правильный» вопрос, хоккеисты, военные, строители, возводящие национальную библиотеку.

И все они, судя по общему слогану, и являются «белорусами», т. е. ДРУГИХ белорусов попросту НЕ БЫВАЕТ! Именно эти категории олицетворяют «правильную» Беларусь и её народонаселение. ТОЛЬКО ОНИ – «БЕЛОРУСЫ» и только ОНИ – «ЗА БЕЛАРУСЬ»!!!

Получается, что в «правильной» Беларуси нет ни учителей, ни ученых, ни художников, ни известных музыкантов, ни поэтов и писателей. Да и вообще, оказывается, в ней нет меня – «нячэснага» журналиста. То есть, по логике «правильных» вещей, выходит, что я не существую? А как же общеизвестное высказывание «Cogito, ergo sum!»? Или, может, я не существую только в «правильной» Беларуси?

Основным посылом данных рекламных щитов, как мне кажется, должен был стать позитивный образ Республики Беларусь в массовом сознании её же граждан. Несмотря ни на что. И социальная реклама, таким образом, является лишь инструментом пропаганды, вне зависимости от её истинного предназначения. Если проводить исторические аналогии, то тем же самым, по сути, занималось ведомство доктора Геббельса в гитлеровской Германии и множество идеологически «правильных» отделов всех уровней в приснопамятной стране, где «секса нет!», но зато в изобилии обитали различные управдомы и прочие «друзья человека» с единственно «правильной» и «непогрешимой» точкой зрения.

А как же тогда актуальность? Ведь если смотреть на социальную рекламу в Беларуси объективно, выходит, что здесь «почти нет» ни СПИДА (за исключением редких биллбордов Красного Креста), хотя только в Брестской области за последние восемь месяцев ВИЧ-инфекцией стали «обладать» еще 66 человек. В «правильной» Беларуси, также, «не существует» проблем с детьми-сиротами, подростковым алкоголизмом, инвалидами и их социализацией, многодетных семей, ютящихся в «коммуналках», бомжей и малоимущих. В «правильной» Беларуси вообще нет почти никаких проблем! Именно в этом нас навязчиво пытается убедить «социальная» реклама самого «социально-ориентированного» государства на лице старушки-Европы.

И, тем не менее, на политической и физической картах Республики Беларусь все-таки существуют и «другие», «неправильные» белорусы. В их числе мои друзья, знакомые, коллеги и просто свободные люди, не боящиеся говорить правду о реальном положении дел в государстве. О них не упоминают в официальных белорусских СМИ, однако, их имена известны не только практическому большинству белорусов внутри страны, но также далеко за пределами синеокой. Это – политики Андрей Санников, Николай Статкевич, Дмитрий Усс, осужденные за свои убеждения; журналисты – Наталья Радина, Андрей Пачобут, Александр Отрощенков, Сергей Возняк и Жанна Литвина, отстаивающие право на независимую точку зрения; люди искусства – Владимир Некляев, Николай Халезин, Юрий Хащеватский, Лявон Вольский, Сергей Михалок, Генадзь Буравкин, Рыгор Барадулин… И тысячи других, кому не нашлось места в «правильной» Беларуси. Все они персонально олицетворяют «неправильную» Беларусь, которая, как известно, в рекламе не нуждается.

Александр Ахмач.