И когда доллар никому не нужен.
Правительство и Нацбанк Беларуси реализуют комплекс мер, направленных на исключение использования иностранной валюты в расчетах на территории страны с целью сокращения инфляционных ожиданий.
— Если есть доверие к национальной валюте, то никто не задумывается о долларах и доллар сто лет никому не нужен, — говорит экономист Лев Марголин. — Если к национальной валюте доверия нет, то можно, как в СССР, ввести смертную казнь за валютные операции, но люди все равно будут стремиться покупать и держать валюту. Инфляцию подогревает не то, что человек думает, например, об арендной плате, привязанной к доллару или евро, а то, что происходит девальвация национальной валюты и каждый белорус понимает: падает белорусский рубль — жди повышения цен. Ведь в Беларуси открытая экономика, у нас 60% ВВП связано с валютой: это либо экспорт, либо импорт. Найти импортную составляющую можно в любом белорусском товаре, включая хлебобулочные изделия.
— Почему тема дедолларизации, о которой говорили много лет назад, но потом забыли, снова возникла?
— Потому что опять началась ползучая девальвация и возникла угроза очередного инфляционного витка. А раз есть угроза инфляции, то правительству надо что-то делать.
— Что может изменить отвязка от валюты?
— По большому счету, ничего. Есть масса стран, где достаточно крепкая своя валюта, и никто там не запрещает расчеты в других валютах, но просто никто этого не делает. Ничего общего со снижением инфляции так называемая дедолларизация не имеет. Тем более что основную часть номинированных в СКВ вещей мы уже ликвидировали несколько лет назад. Пока российский рубль был тверд, белорусскую валюту, которая на 50% или даже больше привязана к российскому рублю, можно было держать. Как только российский рубль пустился в свободное плавание, тут же поплыл и белорусский рубль.
— На чем, кроме дедолларизации, следовало бы сосредоточиться белорусскому правительству в первую очередь?
— Прежде всего нужно диверсифицировать экономику, а для этого нужно ее реформировать, чтобы мы свои товары могли отправлять на экспорт не только в Россию, но и в другие страны, причем не экзотические, типа Узбекистана или Венесуэлы, а нашим соседям – в Евросоюз и Украину, в том числе и в РФ. На эти страны должно приходиться 70-80%, если даже не больше, нашего экспорта и импорта. У нас же, когда мы говорим экспорт, то понимаем, что это Россия, а то, что на бумаге у нас половина экспорта приходится на ЕС, это прежде всего нефть, нефтепродукты, калийные удобрения, то есть, то, объемы чего увеличить сложно.
Добро пожаловать в реальность!