Модернизация: слово, тающее леденцом во рту

20,9% наших граждан знают или слышали об инициативе ЕС «Европейский диалог о модернизации с Беларусью». Такую цифру дал сентябрьский национальный опрос НИСЭПИ. Цифра неожиданно высокая. Еще более впечатляет число тех, кто считает, что такая программа нужна стране, — 40,3%.

 

Иначе говоря, диалог о модернизации априори, с ходу, ориентируясь лишь на лапидарную формулировку сути, поддерживают многие из тех, кто до опроса о нем и не подозревал.

 

Этот феномен удивителен потому, что державные мужи и подчиненные им СМИ брюссельскую инициативу не жалуют, замалчивают. Выходит, такой эффект дала информация из независимой медиасферы?

 

Во многом — да, соглашаются эксперты. Но при этом советуют не обольщаться.

  

«Ласкает слух набор слов: модернизация, диалог, Европа»

 

По мнению специалистов, на положительное отношение к европейской инициативе сработал кумулятивный эффект. Дело не только в усилиях независимых СМИ, но и в том, например, что людям в принципе не нравится нынешняя ситуация, прежде всего экономическая. Кроме того, «ласкает слух набор слов: модернизация, диалог, Европа», считает эксперт НИСЭПИ Сергей Николюк.

 

В комментарии для Naviny.by он напомнил:согласнопредыдущему, июньскому опросу этой социологической службы, 77,3% наших соотечественников убеждены, что страна нуждается в переменах. «Но говорить, что народ готов чем-то жертвовать во имя перемен, было бы опрометчиво», — убежден аналитик. Скорее, это симптом недовольства уровнем потребления.

 

То же касается и лозунга модернизации, полагает Николюк: «Пока я не думаю, что это идея, которая охватила массы». Просто все мы «ловим эхо медийных событий», и поскольку «слово «модернизация» звучит из каждого утюга» (ведь на свой лад его стал раскручивать и глава государства), то оно на слуху, в моде, объясняет эксперт.

 

На деле же, подчеркивает он, у общества огромная инерция. Любой модернизации кто-то противится. С другой стороны, властям «совсем не нужно делать Беларусь модерным обществом». Лукашенко всего лишь озабочен эффективностью производства и по-своему (в основном через замену оборудования на заводах) пытается решить проблему, полагает Николюк.

 

«Но главный вопрос — кто субъект модернизации», — объясняет собеседник Naviny.by. Сегодня у нас таким субъектом (то есть тем, кто ее проводит) является сугубо чиновник. И потому модернизация по замыслу нынешнего руководства страны: без подключения бизнеса, гражданского общества, независимых экспертов; модернизация, которую «не хотят выпускать за проходные», — обречена, полагает аналитик.

 

Но при этом власть уже не сможет и оставаться в рамках старой модели. Ведь та не способна обеспечить рост доходов. Наверху прекрасно отдают себе отчет, сколь серьезны проблемы в экономике, отношениях с Россией, убежден Николюк.

 

«Из периода стабильности власть уже вышла, — говорит эксперт НИСЭПИ. — Более того, она сама будет вынуждена нарушать эту стабильность, внося что-то новое». В итоге «не исключено, что процесс пойдет, как горбачевская перестройка».

  

Парадокс европейской модернизационной программы: «Помощь нужна, но принять ее не можем»

 

Социолог Андрей Вардомацкий, со своей стороны, подчеркивает: важно разобраться, что белорусы понимают под словом «модернизация». В сентябре возглавляемая им «Белорусская аналитическая мастерская» провела серию качественных дистанционных исследований фокус-групп, изучая общественное мнение о модернизационном пакете для Беларуси.

 

В частности, отметил Андрей Вардомацкий в интервью для Naviny.by, «у людей есть сомнения по поводу необходимости и возможности реализации программы». Он объясняетэто двумяфакторами —недостатком информации о сути предлагаемых реформ и недопониманием мотивов ЕС.

 

Иначе говоря, белорус недоумевает: с какой стати Брюссель разгонится давать нам деньги? Наверняка есть двойное дно, некий хитрый замысел. Это ожидание подвоха, по мнению Вардомацкого, сформировано как опытом советской жизни (там все было с двойным дном), так и нынешней белорусской пропагандой.

 

«И здесь большое поле деятельности для независимых СМИ — снять неизвестность, непонимание, недоверие в отношении диалога о модернищзации», — считает социолог.

 

При этом он отмечает и динамику: если в июне, во время предыдущего подобного исследования, респонденты практически ничего не знали о самой инициативе ЕС, то «сейчас они уже требуют конкретики».

 

И еще момент: раньше сомнения в успехе программы модернизации мотивировались тем, что власти этого не хотят. Теперь же респонденты делают акцент на неверии в то, что возможна консолидация власти и общества, отмечает социолог.

 

Добавим: а ведь еще и само общество расколото. Таким образом, модернизация в нынешних белорусских условиях напоминает миссию, которая в принципе невыполнима.

  

«Не столько отгородиться, сколько, грубо говоря, не отдаться»

 

Та же «Белорусская аналитическая мастерская» провела в сентябре и количественный опрос белорусов (выборка — более тысячи человек), который дал любопытные результаты.

 

Так, отвечая на вопрос «Какие меры должно принять руководство Республики Беларусь в первую очередь, чтобы радикально улучшить экономическую ситуацию в Беларуси и поднять уровень жизни населения?», лишь 7,7% посоветовали «добиться крупного кредита». То есть масса понимает, что это скользкая дорожка.

 

Зато вариант «провести модернизацию в промышленности» выбрали 37,3%, «провести модернизацию в сельском хозяйстве» — 22,8%.

 

При этом 18,1% полагают, что за помощью в проведении модернизации следует обратиться к ЕС, а 32,3% — к России. В свою очередь, 49,8% тех, кто возлагает в этом плане надежды на европейцев, мотивируют свое мнение тем, что «у них высокий научно-технический потенциал». Но также много — 42,4% — тех, кто выбрал следующую мотивацию: «Это позволит Беларуси стать полноценной европейской страной, укрепит европейский вектор развития Беларуси».

 

В группе тех, кто против апелляции к Европе, самый распространенный мотив (41,6%) — «ЕС не в состоянии помочь даже членам своего сообщества (Греция), не говоря о других». Да уж, тоже наверняка сработал медийный эффект — красочные репортажи об уличных боях разгневанных масс с полицией на земле Эллады охотно дают все каналы, от «Евроньюс» до государственных белорусских.

 

Наконец, 17,7% белорусов убеждены, что модернизацию страна должна проводить только своими силами, без чьей-либо помощи. По мнению Андрея Вардомацкого, это большой сегмент.

 

Если смотреть шире, то вообще заметно падение ориентаций белорусов и на Европу, и на Россию, сообщил социолог. И это «нельзя называть изоляционизмом как таковым, здесь сложный мотивационный клубок».

 

За этим стоит понимание, что основные внешние игроки имеют свои интересы, считает собеседник Naviny.by. «И здесь присутствует желание не столько отгородиться, сколько, грубо говоря, не отдаться», — полагаетАндрей Вардомацкий.

 

Главная же трудность в том, добавляет он, что как раз власть не ориентирована на эффективное использование внутренних сил, а ищет внешние источники решения экономических проблем.

  

Ментальный барьер белорусского руководства

 

Итак, поскольку при нынешних отношениях с Западом ждать оттуда щедрых подарков не приходится (и даже формально аполитичный МВФ не даст денег без реформ), то расчет белорусского руководства — в основном на Москву. Однако у Москвы ведь тоже свои виды на Беларусь. Где коготок увяз, там и всей птичке пропасть.

 

Но даже если вообразить Кремль белым и пушистым, Россия в принципе не способна модернизировать не то что Беларусь, но и самое себя.

 

А главный тормоз — это ментальный барьер самого белорусского руководства. Ломать систему страшно.

 

Потому слово «модернизация» для белоруса сегодня — лишь леденец, который приятно покатать на языке. В реформаторский потенциал нынешней власти, этой пирамиды Лукашенко, народ не верит.