Политолог — о том, при каких условиях можно свергнуть авторитарную власть.
— Есть все основания предполагать, что человек, способный пролить столько крови во имя каких-то фантомов, безусловно прольёт её в гораздо больших количествах, когда вопрос о его личной власти встанет ребром, — пишет Аббас Галлямов. — Тему мирного транзита на ближайшие годы можно считать закрытой.
После того, как предрассветная бомбардировка Киева из воспоминаний восьмидесятилетней давности превратилась в реалии сегодняшнего дня, нельзя исключать повторения ни одного другого сюжета российской истории — включая, например, и Гражданскую войну с ее гекатомбами трупов.
Это очень неутешительная мысль, но если исходить из того, что высшей ценностью для либерала является человеческая жизнь, то получается, что либералы должны прекратить всякие попытки свергнуть Путина. Можно протестовать по каким-то отдельным поводам — Шиес, Фургал, коррупция и так далее, — но ставить под вопрос саму его власть нельзя. Повторюсь, это если исходить из того, что важнейшей задачей либерала является избежать кровопролития.
Начинать настоящую борьбу за власть можно будет только после того, как появится реальное понимание того, что протестные настроения настолько пропитали силовой аппарат, что он гарантированно откажется выполнять приказ стрелять по протестующим.
Случится это не раньше, чем разложится ядро путинского электората. Пока до этого далеко. Конечно, нарисованный процент одобрения деятельности президента является откровенной фальсификацией — в реальности база его поддержки в два раза меньше.
Однако даже треть в условиях авторитарного режима и лояльности силового блока — это более чем достаточно, чтобы утопить в крови любой протест.
Да, сейчас, конечно, — когда Акела слишком очевидно промахнулся — возникнет короткий момент, когда лояльность силовиков окажется под вопросом. Надо понимать, что подобно киплинговским волкам эта публика очень остро чувствует неудачи вожака. Как бы Кремль сейчас не зверствовал, но внутренними репрессиями военную неудачу не замаскируешь.
Впрочем, этот момент слабости будет очень недолгим и протест вряд ли успеет развернуться в масштабах, необходимых для того, чтобы им воспользоваться. Надо понимать, что если кризисов давно не было, то консолидация власти после однократного поражения происходит довольно быстро — это как раз наш случай. Это если поражений много, то тогда да — тогда консолидация растягивается на годы.
Гражданскому обществу теперь предстоит залечь на дно и ждать пока власть совершит критическую массу ошибок. Судя по происходящему, однако, режим твёрдо намерен с этим не затягивать.
Текст был написан 2 года назад, однако не потерял своей актуальности.
Добро пожаловать в реальность!