Впервые за четверть века вопрос о возможности насильственной смены власти в России встает не в сугубо теоретическом, а в практическом плане, пишет политолог Владимир Пастухов.
Это не значит, что вероятность такого сценария высока и тем более не является каким-либо прогнозом, но теперь такая вероятность не равна нулю, как это было еще даже год назад.
Изменились границы зоны комфорта для элит. Тенденция такова, что риски неучастия в насильственной смене власти для них в какой-то момент начнут превышать риски участия в ней. Это само по себе ничего не значит, но обозначает некоторую теоретическую возможность события, которое ранее исключалось как правдоподобный прогноз. Теперь его можно учитывать в расчётах наряду с другими опциями. В какой точке обозначенные выше риски достигнут критического равновесия и достигнут ли они его вообще, я предсказывать не берусь, но выравнивание происходит, и это очевидно.
При этом речь идет исключительно о верхушечных процессах. Любое движение снизу в условиях войны представляется, напротив, крайне маловероятным. Все рассуждения о том, сколько надо «двухсотых» и «трехсотых», чтобы терпение масс лопнуло, представляются беспредметными в сегодняшних условиях. Поведением массы Кремль сможет управлять с помощью пропаганды и репрессий до самого последнего момента. Другое дело, что настроения массы являются для элит определенным индикатором оправданности рисков при насильственной смене власти.
И сам Путин, и вся его администрация, не говоря о тех, кому по долгу службы положено заниматься специальными исследованиями, прекрасно понимают, куда все клонится, и делают все возможное и невозможное, чтобы не дать себя наклонить. Проблема в том, что, на мой взгляд, они потеряли контроль над ситуацией. Все совершаемые ими действия парадоксальным образом лишь усугубляют положение. Работает логика замкнутого на войну политического пространства. Так как поражение невозможно, а победа пока недостижима, то приходится постоянно удваивать ставки, что и приводит к постепенному выравниванию тех рисков, о которых речь шла выше.
Добро пожаловать в реальность!