Серия громких заявлений Александра Лукашенко 31 октября не означает сворачивания переговоров с Западом, считает политический обозреватель «Радио Свобода» Юрий Дракохруст. Риторика была рассчитана сразу на несколько адресатов и вписывается в знакомую для Минска стратегию «деэскалации через эскалацию», – отметил эксперт в комментарии «Белсату».
«Означают ли эти сентенции прекращение переговорного процесса? Я думаю, что нет», – рассуждает Юрий Дракохруст.
Обозреватель объясняет логику резких демаршей Лукашенко знакомой для Минска тактикой.
«В теории международных отношений есть стратегия, которая называется деэскалация через эскалацию, – говорит Дракохруст. – Ее смысл в том, что если вы хотите с кем-то о чем-то договориться, вы сознательно обостряете ситуацию, создаете кризис, чтобы в новых, более острых условиях заключить сделку. Цель не в том, чтобы нагадить партнерам, а чтобы вынудить их к переговорам».
Собеседник уверен, что риторика была рассчитана сразу на несколько адресатов и вписывается в знакомую для Минска стратегию «деэскалации через эскалацию».
По его словам, Александр Лукашенко использовал этот прием не раз – и довольно успешно.
«Так было с Россией. Помните все эти скандалы – перекрытия границы, арест Баумгертнера, газовые и нефтяные войны? На первый взгляд, самоубийственная политика по отношению к главному союзнику. Но результатом часто становились уступки: Москва давала деньги, кредиты, сохраняла льготные цены. То есть схема работала», – отмечает Дракохруст.
Он подчеркивает, что Минск и сейчас действует по той же логике, только адресаты изменились.
«Американцы, судя по всему, действительно вышли на него [речь о требовании к Минску извиниться перед Вильнюсом за массовый запуск метеозондов с контрабандой. – Редакция "Белсата"]. Он зафиксировал, что контакт есть. И теперь у него появляется новая ставка: поведение в отношении Литвы можно превратить в предмет переговоров. Он эскалировал ситуацию, а теперь готов откатить», – говорит обозреватель.
По мнению Дракохруста, это не хаотичная эмоциональность, а системная дипломатия конфликта.
«Это то, что я называю дипломатией скандалов. Он создает проблему, а потом предлагает ее решить. И часто получает за это политическую или экономическую выгоду», – поясняет он.
Аналитик напоминает и известную шутку своего коллеги Александра Класковского: «Ласковое теля двух маток сосет. Лукашенко добавил в эту формулу поправку: теленку вовсе не обязательно быть ласковым».
«Это "теля" ведет себя очень неласково, но из этого не следует, что он ничего не понимает и переговоры закончены. Нет, он просто ведет их по-своему», считает Дракохруст.
По его словам, стратегия «через скандал к сделке» приносила плоды и раньше, поэтому нынешние резкие заявления Лукашенко стоит рассматривать не как вспышку, а как продолжение старого стиля.
«Так он строил отношения и с Россией, и с Западом. Скандал – это инструмент, не ошибка. Он повышает ставки, а потом получает дивиденды, когда кризис удается “урегулировать”», – подытоживает Дракохруст.
Переговоры продолжатся
По словам Дракохруста, несмотря на резкую риторику, Лукашенко не закрывает двери для диалога – ни с Варшавой, ни с Вашингтоном, ни даже с Вильнюсом.
«Эти эскапады не означают, что переговоры прекращены, – говорит обозреватель. – По крайней мере, в отношении Польши сделка пока не сорвалась».
Он отмечает, что по данным открытых источников, поток нелегальных мигрантов на польском направлении в октябре заметно снижался.
«Я просто посчитал динамику, – говорит Дракохруст. – В начале октября пересечений границы было больше, чем в сентябре, но уже к концу месяца поток упал. То есть готовились: создавали фон, чтобы премьер-министр Польши Дональд Туск мог сказать – вот, миграция снижается, значит, можно открывать переходы. Видимо, была какая-то договоренность».
По его словам, публичное обострение Лукашенко не отменяет этих договоренностей, а лишь «временно ставит их на паузу».
Одной из центральных тем остается вопрос об освобождении политзаключенных, включая Анджея Почобута.
«Я думаю, что именно эта история – ключевая. Ведь за ней стоят переговоры не только с Польшей, но и с американцами. Они хотят результатов, Минск – снятия санкций. Поэтому торг идет сразу по нескольким линиям», – поясняет Дракохруст.
По его словам, Лукашенко использует привычный прием – расширяет повестку, чтобы повысить цену будущих уступок.
«Теперь у него несколько ставок. Первая – освобождение Почобута и других политзаключенных. Вторая – открытие границ с Польшей. Третья – прекращение провокаций против Литвы. Он может обменивать одно на другое, как это делал раньше в отношениях с Россией», – говорит обозреватель.
На американском направлении, считает Дракохруст, контакты также продолжатся – пусть и в завуалированной форме.
Он также подчеркивает: даже Вильнюс, ранее занимавший самую жесткую позицию, теперь вынужден действовать в логике диалога.
«До недавнего времени позиция литовских властей была железной: никаких переговоров, только санкции. Но как только американцы вмешались, выяснилось, что Литва тоже включена в процесс, пусть и косвенно. Теперь они не могут игнорировать эти каналы», – говорит обозреватель.
Он отмечает, что ближайшие недели покажут, удалось ли Лукашенко превратить кризис в инструмент торга.
«Для меня реперные точки – середина ноября и конец месяца. Если поляки тогда все-таки откроют пункты, а литовцы не продлят закрытие границы, значит, переговоры живы. Если нет – значит, я ошибался», – заключает Дракохруст.
Для кого это было сказано: Кремль, внутренние элиты, Запад
По мнению Юрия Дракохруста, заявления Александра Лукашенко 31 октября были адресованы одновременно западным столицам, Кремлю и собственному окружению.
«Он действует доступными ему средствами, эмоциональными в том числе. Это не всплеск подсознания, а вполне осознанный шаг», – говорит обозреватель.
Особенно показательным, по его словам, стал эпизод с утверждением, будто бы Роман Протасевич был «агентом беларусской разведки», а посадка самолета RyanAir в Мінске – часть операции, значение и детали которой Лукашенко изложил в крайне противоречивой версии.
«На мой взгляд, этот рассказ – чистая гипербола. Он адресован не внутренней аудитории, а внешней. Он говорит не нам, а тем, кто решает вопрос санкций. Смысл послания: давайте разберемся с авиасанкциями, снимите эти ограничения», – подчеркивает Дракохруст.
Он добавляет, что в глазах европейских политиков даже неправдоподобные заявления могут сыграть свою роль: «Мы с вами понимаем, что это абсурд, а вот где-нибудь в Брюсселе, Берлине или Вильнюсе – это не факт, что выглядит таким очевидным бредом. Он адресует им эту историю – потому что именно от них зависят санкции, а не от нас с вами».
Но Запад – не единственный адресат.
«Когда мы анализируем эти эскапады, надо учитывать еще одного слушателя – в Кремле, – говорит Дракохруст. – Лукашенко ведь понимает, что его слова там внимательно слушают. А там есть люди, которых раздражает сама идея, что он может вести какие-то собственные игры».
Он отмечает, что в Москве подобные сигналы воспринимаются болезненно.
«У них формируется четкое представление: Лукашенко хочет сбежать на Запад. А если у них такое представление закрепится, то они могут действовать – и самыми разными способами. Мы видим это по Украине», – говорит Дракохруст.
По его словам, Лукашенко вынужден балансировать между демонстрацией лояльности союзнику и стремлением сохранить самостоятельность.
«Ему все время надо петлять, маневрировать, – объясняет обозреватель. – С одной стороны, делать шаги навстречу западным партнерам, а с другой – наводить туман: "Нет-нет-нет, вы в Кремле не думайте, что я дружить хочу с ними. Это просто маневр, игры в ваших интересах"».
При этом, добавляет Дракохруст, эти сигналы не отменяют прагматичного расчета: Лукашенко использует конфронтацию с Западом как способ укрепить позиции внутри страны и одновременно показать Кремлю, что он – «свой, но самостоятельный».
Собеседник указывает, что часть посланий Лукашенко была направлена своему ближайшему окружению. По словам Дракохруста, диктатор не может действовать в полной изоляции, даже если формально обладает абсолютной властью.
«Это простое, но ошибочное представление – что диктатор может делать все, что угодно. Формально может, но если он хочет оставаться диктатором, он должен выстраивать баланс в своем окружении», – говорит обозреватель.
Он отмечает, что для Лукашенко этот внутренний баланс означает необходимость учитывать позиции силового блока и бюрократии – тех, кого он называет «опорой режима».
«Для него народ как таковой почти не существует. Народ – это его двор, его номенклатура, чиновничья элита. Вот с их мнениями он и выстраивает баланс», – поясняет Дракохруст.
Напомним, во время поездки в Витебскую область 31 октября Александр Лукашенко сделал сразу несколько резонансных заявлений. Он обвинил Польшу в срыве договоренности об освобождении журналиста Анджея Почобута, назвал Романа Протасевича «беларусским шпионом» и рассказал, что послал американцев «на три буквы», когда те потребовали от Минска публичных извинений за запуски контрабандных метеозондов, из-за которых на время была парализована работа литовских аэропортов.
Добро пожаловать в реальность!