Транзит власти по казахстанскому сценарию потерял всякий смысл. Белорусская власть оказалась перед дилеммой: зачем проводить плебисцит и менять Конституцию?
Лукашенко говорит о чем угодно – но только не о предстоящем народном волевыявлении, ранее анонсированном на конец февраля. Осталось около месяца, фактически нет времени ни на глубокие размышления, ни на очередные манипуляции. Казахстанская трагедия полностью подмяла под себя внутрибелорусскую повестку дня.
Какой выход из этой ситуации могут найти власти?
– Первое лицо действительно хранит молчание, я думаю, дело в озадаченности событиями в Казахстане. Аналоги предполагаемого Всебелорусского народного собрания были и там, так что есть над чем задуматься, – размышляет экс-кандидат в президенты Владимир Гончарик.
– Казахстанский опыт приведет к тому, что публично власти могут заявлять, что делали все правильно, силовым путем подавляя протесты, – для оправдания насилия и репрессий. А для себя сильно задумаются, нужно ли вводить новые институты правления. Опыт Казахстана показал, что ничего не дает даже концентрация власти на двух постах. Если должности оставить раздельно, то любой новый президент со временем не станет терпеть над собой надсмотрщика, смотрящего.
Но самый главный вывод очевиден: нельзя, ребята, столько времени держаться за власть.
Если схема транзита власти потеряла актуальность, то и изменения в Конституцию, и сам референдум теряют всякое значение.
– Изначально поправки в Конституцию задуманы в виде длительного транзита власти, минимум до 2025 года. А дальше – как Бог даст. Сразу речь шла о том, что президент обладает слишком широкими полномочиями, часть нужно передать правительству, Национальному собранию. А на самом деле? ВНС передается право назначать судей Верховного суда, членов Центризбиркома, а остальные полномочия остаются у президента.
– Не станут ли казахстанские события поводом для переноса или отмены референдума?
– Не думаю, будто из-за этого отменят референдум.
Другое дело, что могут возникнуть некие чрезвычайные обстоятельства – реальные или надуманные, которые позволят заявить, что «в такой ситуации мы не можем проводить референдум». Или могут заявить: граждане прислали слишком много поправок, на доработку которых нужно дополнительное время. Боюсь накаркать, что опять придумают какое-то чрезвычайное событие.
– Вы согласны с Глебом Павловским, что белорусский руководитель «может устроить даже серьезную провокацию с жертвами»?
– Ссылка на Казахстан может служить только оправданием для силового подавления протеста, но пугать народ тем, что у нас может быть, как и там, – смешно, и Лукашенко сам это понимает. Надо местное событие…
Добро пожаловать в реальность!