Карбалевич: Такой жестокий приговор Тихановскому и его соратникам — это в определенной степени ответ на последний пакет санкций

Теперь заметным противникам режима маленьких сроков не дают.

Когда Бабарико дали 14 лет, наблюдателям было понятно, что Тихановскому меньше не дадут.

Во время прошлогодней избирательной кампании именно Тихановский и Бабарико привлекли к себе внимание.

Они выглядели в равной степени опасными для режима.

То, что ему дали 18 лет, — это в определенной степени оценка масштаба личности, масштаба политика.

Относительно Тихановского добавился мотив личной мести

Он в прошлом году стал личным врагом вождя режима, прежде всего из-за своей стилистики.

Это и месть за феноменальный успех его жены, которую в прошлом году зарегистрировали «ради прикола», мол, какую опасность представляет домохозяйка?

Власти почувствовали вкус этих расправ.

Если Тихановскому дали 18 лет, то и другим членам этой группы нужно было давать соизмеримые сроки, так как иначе момент личной мести был бы еще очевиднее.

Даже если начнется условное "откручивание гаек", очевидно, что начнут не с Тихановского и не со Статкевича.

Статкевича и во время прошлой "ходки" освободили последним.

В рамках потенциальной политической торговли чем больше сроки, тем дороже политический «товар».

Министр Макей уже предлагал полякам освобождение определенных политических заключенных в обмен на определенные уступки с польской стороны.

Такой жестокий приговор Тихановскому и его соратникам — это в определенной степени ответ на последний пакет санкций.

Это сигнал Западу — чем больше вы будете на нас давить, тем больше будет масштаб репрессий.

Жесткий приговор Игорю Лосику — ответ на американские санкции, как и признание информационных платформ Радио Свобода экстремистскими.

Политические репрессии — это тоже контрсанкции.

Статкевича вообще неизвестно за что арестовали, он даже не успел поучаствовать в избирательной кампании.

В этот процесс объединили разных людей, некоторые из них, возможно, не были знакомы между собой.

Приговор Тихановскому и другим фигурантам дела — это и попытка напугать, и попытка предотвратить новые протесты накануне референдума и во время него, и предупреждение на годы вперед.

Это и средство давления на Запад.

Нынешний режим оказался в изоляции как внутри страны, так и на международной арене.

И чтобы в такой ситуации удержаться, режиму нужно постоянно совершать массовые репрессии.

Это похоже на ситуацию, в которую попали большевики после захвата власти в 1917 году.

Большинство населения России и внешний мир были против них.

Чтобы выжить, им нужно было развязать непрекращающийся террор.