Белорусской власти выдают 1 млрд от МВФ (в искусственном платежном средстве СДР), несмотря на протесты гражданского общества и его союзников на Западе, пишет политический аналитик Артем Шрайбман.
Это автоматическая выплата, а не награда Минску за что-то. Такие же пособия по борьбе с ковидом получили почти все страны мира пропорционально своему весу.
Вероятно, еще будут попытки заблокировать возможность пользоваться этими средствами. Тут я не эксперт, чтобы судить, каковы шансы.
Но показательно то, что Беларусь не поставили в один ряд с Мьянмой, Афганистаном и Венесуэлой, чьи правительства не признаются легитимными, а потому не получают свою долю СДР.
Вообще признание легитимности власти – это больше политический, чем правовой конструкт. Нет универсальных законов о (не)признании в случаях, когда какая-то группа людей удерживает власть незаконно.
Все проявляется на практике, и из нее мы понимаем, что даже в глазах Запада международная нелегитимность – это спектр, на котором могут быть полностью признанные правительства с одной стороны, а с другой – хунта в Мьянме.
И ближе к Мьянме будут разные режимы от талибов до Мадуро, где контакты на каком-то уровне возможны, но официальная позиция при этом: «вы нелегитимная власть».
В Беларуси же, как выясняется, непризнания удостоилась не вся вертикаль, а только Лукашенко как президент. Между ним и правительством в глазах Запада проходит какая-то невидимая черта.
В итоге остальные ведомства белорусского государства западный мир продолжает считать властью, с которой можно разговаривать и вести дела.
Если с августа 2020 года представители белорусского правительства и Нацбанка заседали в МВФ, то что случилось сейчас, чтобы их выгонять? Судя по всему, у организации именно такая логика.
Поэтому послы стран ЕС готовы вручать верительные грамоты назначенному Лукашенко министру Макею, но не готовы вручать их самому Лукашенко.
В этом смысле логичный вопрос – а есть ли вообще какой-то практический смысл в непризнании Западом Лукашенко, если одной рукой Запад заявляет об этом, а другой – дает его министрам миллиард, пусть и не живых денег, но того, что можно потратить на оплату долгов?
Смысл остается. Судьбоносные для Беларуси документы и договоры, которые будет подписывать сам Лукашенко, в глазах западных стран и структур будут обладать куда меньшей юридической силой, чем то, что подписывают его министры.
Поэтому как новая конституция по итогам референдума, так и дорожные карты по интеграции могут быть втянуты в воронку западного непризнания, потому что к ним прикоснулась не самая легитимная рука (кстати, интересно, что будет с признанием правительства или того же ВНС после принятия этой новой конституции).
А если это, например, будет продажа каких-то стратегических активов или размещение в стране российских войск, это сочтут односторонним российским актом, что может грозить Москве (или покупателям активов) санкциями.
Ну а пока, выдача миллиарда Минску – еще один повод для трезвости в надеждах на животворящий Запад. С другой стороны, занятно посмотреть, как после этого госпропаганда будет рассказывать, что МВФ – послушная собачка Вашингтона.
Добро пожаловать в реальность!