Политический обозреватель считает, что встреча Лукашенко с членами только что сформированной Конституционной комиссии ни на йоту не прояснила, какой же будет новая конституция.
– Никаких концептуальных (да и временны́х) ориентиров не обозначено, – пишет Александр Класковский. – Впрочем, показательно, что Лукашенко говорил не о новой, а «обновленной» конституции, а также употребил в этом контексте слово «корректировка». Это может выдавать настрой на чисто косметическую переделку Основного закона, желание затянуть транзит власти.
Возможно, вождь еще не определился сам, как именно перелицовывать конституцию.
Вероятно, он хочет закрепить в ней особую роль и полномочия Всебелорусского собрания, которое может стать для первого президента Беларуси запасным аэродромом на случай ухода с нынешнего поста. Но в том-то и закавыка, что уходить не хочется. И вообще предполагаемая новая конфигурация политической системы с нашлепкой в виде этого собрания с гипертрофированными функциями, возможно, представляется, неустойчивой, шаткой.
При этом номенклатура осторожно подталкивает к контролируемому развитию партийной системы, однако вождь и на этот эксперимент идти опасается.
Также явно не хочется ему урезать президентские полномочия, делиться ими с другими ветвями власти. Во-первых, в принципе не привык, всегда делал наоборот. Во-вторых, наверное, есть мечта досидеть в теперешнем кресле как минимум до конца пятилетней каденции. В таком случае получается, что референдумом Лукашенко обрежет полномочия самому себе.
И вообще он консервативен до мозга костей, августовская же революция 2020 года лишь усугубила его нелюбовь к новациям, реформам. Он опасается (и небезосновательно), что любая перестройка системы пустит ее вразнос.
Да и сам референдум в условиях глубокого внутриполитического кризиса, который подавлением революции отнюдь не разрешен, выглядит делом рискованным, неблагодарным.
Отсюда, возможно, эта прокрастинация, нежелание артикулировать конкретику конституционной реформы. Впрочем, о реформе говорит Москва, белорусский же вождь же и его окружение, как видим, облюбовали осторожное словечко «корректировка».
И не исключено, что если протесты возобновятся, снова обретут серьезный масштаб, то Лукашенко и вовсе заявит, что в такой тяжелый момент ломать конституцию негоже.
Добро пожаловать в реальность!