Дилемма для российского руководства состоит в том, что поддержка Александра Лукашенко ей дорого стоит с точки зрения репутации, но и поддержка протеста также связана с рисками, пишет политолог, директор по исследованиям Центра новых идей Григорий Астапеня.
С одной стороны, если благодаря ресурсной поддержке РФ А. Лукашенко удастся удержаться у власти, то это приведёт к ухудшению отношения белорусов к России до такого уровня, при котором развитие двустороннего сотрудничества будет ставиться обществом под сомнение. При этом Россия не стремится устанавливать контакты любого рода с «протестными» политиками, фактически толкая их самих и их электорат в объятия Запада.
С другой стороны, нейтральная позиция Кремля означает то, что ему придется отказать в поддержке тому, кто хотя бы на словах клянется в любви России и посодействовать тем, кто этих клятв не произносит. То есть, даже, если без А. Лукашенко российско-белорусские отношения улучшатся, то репутационно для российского руководства нейтральная позиция может выглядеть, как игра против своих же интересов. Теоретически такая фигура, как Виктор Бабарико, который понимает российский правящий класс, был бы вполне приемлем для Кремля. Это, пожалуй, одна из причин, по которой А. Лукашенко не хочет выпускать Бабарико из тюрьмы.
Если смотреть с российской стороны, то выглядит логичным, что Россия выбрала особый сценарий — поддержка конституционной реформы, которая должна хотя бы поверхностно соответствовать предпочтениям большинства белорусов и усилить влияние России в Беларуси.
Проблема лишь в том, что сегодня выглядит крайне маловероятным, что Александр Лукашенко пойдет на трансформацию политической системы, а имитация реформы может опять привести к ухудшению отношения белорусов к тем, кто эти изменения продвигает. То есть А. Лукашенко ведет всех по сценарию, в котором количество сторонников России в белорусском обществе может сжаться до своих минимальных размеров.
В какую сторону тогда пойдут белорусы, когда А. Лукашенко в итоге уйдет?
Добро пожаловать в реальность!