Евгений (имя изменено с целью безопасности) выходил на протесты после выборов в 2020 году. Сейчас, несмотря на риск, он сознательно остается в Беларуси и рассказал изданию Most, почему не уезжает.
«Еще задолго до начала выборов я знал, что буду их бойкотировать, так как не думал, что в 2020 году что-то кардинально изменится и что выборы будут отличаться от выборов прошлых лет. К тому же бойкотировать советовали многие лидеры оппозиции.
Мысль о том, что выборы могут изменить ситуацию в Беларуси, промелькнула, когда сначала Сергей Тихановский и Валерий Цепкало, а потом Виктор Бабарико объявили, что будут участвовать в избирательной кампании. К их штабам начало присоединяться огромное количество людей. Пройти мимо я не мог, поэтому включился в процесс: по возможности посещал митинги, а позже — зарегистрировался наблюдателем».
Евгений вспоминает, что в глубине души он понимал, что Лукашенко не допустит смены режима. Это свидетельствовало для него только об одном: протесты неизбежны, а Евгений заранее был готов участвовать.
«Не участвовать не мог, так как в будущем упрекал бы себя. Кроме этого, была вера в то, что мирные протесты поспособствуют изменениям, ведь в истории таких примеров довольно много. Надеюсь, что 2020 год еще откликнется режиму».
«Недалеко от меня разорвалась первая светошумовая граната»
Для безопасности на протестах Евгений придерживался минимальных правил, но сильно не конспирировался.
«Не брал с собой мобильный телефон, надевал незаметную одежду темных цветов без принтов и маску на лицо, так как тогда еще был ковид. Кроме этого, обувал удобную обувь, чтобы быстро убегать. А к месту назначения пытался идти путями, где нет камер наблюдения», — вспоминает с улыбкой белорус.
«Перед началом протеста 9 августа страха особо не было, так как принимал участие в митингах с 2010 года. Появился только адреналин, когда начали жестоко разгонять протест, так как думал, что и в этот раз все будет по классике: дубинки и щиты. Но когда недалеко от меня разорвалась первая светошумовая граната — стало не по себе. А действительно страшно стало только тогда, когда появилась первая информация о серьезных травмах. Первое, что я прочитал: кому-то оторвало ступню.
«Не вижу смысла уезжать»
Евгений решил не уезжать из Беларуси, так как считает, что никогда на самом деле не был в поле зрения органов.
«Я, скорее всего, иду не в первой сотне в списках, — считает белорус. — К родственникам несколько раз приходили участковые по месту прописки, но они отвечали, что не знают, где я живу. За все это время я не сидел на сутках, на меня не заведено уголовное дело, поэтому пока не вижу смысла уезжать. Не буду хитрить, мысли о переезде есть, и есть даже план, но пока все же остаюсь на родине».
Мужчина делится, что за три года у него появилось несколько странных привычек. Одно из таких — каждое утро около седьмого часа смотреть через окно на парковку, чтобы знать, не приехал ли бусик.
«Нужно ждать дня Х»
Сейчас Евгений в основном думает о войне в Украине. Мужчина считает, что ситуация в Беларуси на 90 процентов зависит от результатов этой войны.
«Самым реалистичным выходом вижу то, что через два-три года война в Украине закончится, после чего Путин продержится у власти максимум один год. А еще через год уйдет Лукашенко — либо из-за естественной смерти, либо из-за каких-то политических действий в стране», — рассуждает Евгений.
Но пока он в Беларуси, Евгений считает, что бороться надо до конца, несмотря на то, что сейчас своеобразная тишина.
«Надо ждать дня Х, как в 2020 году. Например, как 16 августа 2020 года или день смерти Романа Бондаренко. А сейчас — тихонько существовать в своем вакууме, минимизировать общение в политическом плане с другими людьми, выходить из всех чатов и почистить почти все свои социальные сети. По крайней мере, я сделал именно так, ведь если меня посадят, пользы от меня в день Х не будет никакой. Но при этом иногда стараюсь устраивать одиночные акции: вешаю в разных местах плакаты и флаги».
Добро пожаловать в реальность!