Представьте, что издание "СБ – Беларусь сегодня", эмблему телеканала "СТВ" признали экстремистскими, пишет автор телеграм-канала "Народны дэпутат".
А что, если к бывшим полковникам и генералам пришли с обысками, разгромили весь дом, изъяв всё ценное? А как это, когда за наклейку красно-зелёного флага на машине задерживают учителя или айтишника и дают 15 суток? И если вот это всё не только невозможно проверить на законность, но и обжаловать? А куда бежать, кроме России, если за поддержку Лукашенко в Беларуси ждут уголовные дела?
Такая фантасмагория нынешних реалий побуждает ещё сильнее задумываться о том, на что способен человек, потерявший многое и не имеющий возможности добиться справедливости и верховенства закона.
Власть, уничтожая всё альтернативное, ей не подконтрольное и её критикующее может дойти до того, что концентрация людской ненависти, обиды, чувства несправедливости и желания мести при окне возможностей выльется на чиновников, силовиков, пропаганду, символы, обычаи и всё, что связано с властью.
А что, если право на толкование такого юридического понятия, как "социальная рознь" и "достоинство", разжигание и ущемление которых монопольно трактуется и толкуется властью, перейдёт к другим властям? Не обязательно к нынешней оппозиции.
Представьте, что "социальную рознь" будут толковать не условный Максим Знак, хоть и потерпевший от власти, но имеющий достоинство и понимание юридической объективности, а новый Ленин или белорусский че Гевара?
,,...расстреливать заговорщиков и колеблющихся, никого не спрашивая и не допуская идиотской волокиты..."
22 августа 1918 г. (Ленин В.И. Полн. собр. соч.)
Из своей "башни некремля" я вижу, что на массовую защиту власти не встанет никто, и это очень похоже на крах СССР, при котором ни армия, ни номенклатура, ни народ не вышел на защиту советского государства и его власти. Потому что по горло были сыты.
И это при том, что после 2020 года в Беларуси наблюдается угасающее управление с попытками мобилизационной накачки. Должны. Оперативно. Бежать. Должны. Всё и везде. Обеспечить. Мне кажется, предел зажимания гаек виден, например, по сельскому хозяйству: если в Брестской области визиты чиновников на места, проверки и отчёты воспринимаются более сдержанно, то в Витебской нервозность и конфликтность, выдержанная на всех этих модернизациях, оршах и прочих проектах, видна невооружённым взглядом. Спрятал руководитель один неисправный комбайн подальше, прокуратура выявила – и сразу же нарушение госстатотчетности, сокрытие, уголовное дело.
Не знаю, где предел у пружины. Люди устали, но косы ещё чувствуют дрожь мужицкой руки. Резерв есть, но непонятно, в какой момент эта рука перестанет дрожать.
Добро пожаловать в реальность!