Паулина, жена политзаключенного, главы отдела рекламы и маркетинга «Нашай Нівы» Андрея Скурко, рассказала щемящую историю в Facebook.
«Передавала Андрею передачу — еду и куртку. С куртки сказали срезать шнурки — снизу и на капюшоне, дали ножницы. Я стою у окошка, думаю, как их, пришитые внутри, вынуть. Вдруг девичий голосок: может, как-то вам помочь? Девочка, такая милая, с синими волосами. Передавала передачи студентам. С ней друг в маске с вышивкой «лучший математик».
Это сочетание юности и стойкости — как оно трогает!
Из всех сидельцев студентов жалко наиболее. Может, у меня это материнско-сестринское, не знаю.
Наши зайчики, наша гордость и надежда, так хочется их укрыть, прикрыть от дебилов и скотов. Остается верить, что приобретенная ими мощь и закалка пригодится и им, и всем нам. И через десять лет эта молодежь будет лидерами общества.
Шла с Володарки на почтамт и жалела, что мои розовые волосы скрыты под шапкой.
Отправила с почтамта письмо и, опоздав на электричку, вызвала такси.
С таксистом молчали всю дорогу (что я очень ценю), а когда я стала показывать, где лучше съехать с кольцевой, он расплылся: «Как приятно слышать белорусский язык! А то вокруг одни манкурты».
— Чего же манкурты, — говорю, — таких, как мы с вами, 80%.
— А чего они поперлись на День города? Такие толпы были, как на Новый год! Последние теплые деньки, говорят мне! Я плюнул, поехал домой: пусть кто-то другой этих ябатек возит.
Оказалось, человека задерживали в августе и с Окрестина даже вывозили в печально известный концлагерь на Случчине.
«Говорили: здесь и останетесь. Я думал: печей нет, чтобы нас сжечь, так, наверное, расстреляют. Жена поседела — три дня не знала, где я».
И все повторял мне таксист: заключенные будут сидеть до тех пор, пока мы позволим.
Оставила большие чаевые. Хотела больше, да он не взял».
Добро пожаловать в реальность!